Никто по земле не проходит бесследно. Как работают шымкентские эксперты

0
38
Улданай Тогайбекова
Улданай Тогайбекова
Улданай Тогайбекова

В каких сферах необходима помощь экспертов и в каких случаях необходимо обращаться за экспертизой? В связи с изменениями в действующем Уголовном кодексе страны сотрудники экспертных лабораторий со всего Казахстана съехались в Шымкент обсудить наболевшие вопросы. Именитые эксперты собрались также для обмена опытом в довольно молодой сфере судебной экспертизы – молекулярно-генетических исследованиях.

Сегодня экспертиза может совершить невозможное. Простой случай: в конторе одной крупной фирмы произошла кража. Большая сумма денег была похищена из сейфа. В качестве подозреваемых, причем с серьезными на то причинами, по уголовному делу проходят несколько женщин – ответственных сотрудниц фирмы. Но когда смывы с двери сейфа и ручек кабинета поступают в генетическую лабораторию, первый же анализ показывает, что ни одна женщина не вскрывала сейф и даже не заходила в кабинет. Обнаруженная в смывах ДНК показывает, что вор – мужчина, и никак иначе. Значит, следователи пошли не туда. «Такие исследования однозначно определяют, принадлежит ДНК женщине или мужчине, – рассказывает Улданай Тогайбекова, старший эксперт молекулярно-генетической лаборатории. – Начальный анализ ДНК любого образца человека, будь то кровь, волосы, потожировые выделения, слюна, позволяет определить половую принадлежность сразу. Человек чихнул случайно в комнате, а у нас уже есть возможность исследовать его ДНК по микроскопической капельке мокроты. И таких случаев очень много…»

Когда речь заходит об анализах ДНК, у многих людей подобные исследования ассоциируются с определением отцовства. И отцовство шымкентским генетикам определять приходится, но не в таких уж больших количествах. Гораздо чаще в последнее время приходится идентифицировать родство ребенка и матери. Только за один месяц 2015 года в лабораторию поступило 17 заявок на молекулярно-генетическую экспертизу, целью которой было определить, кто мама. «Передачей детей на воспитание родственникам у нас, на юге Казахстана, не удивишь, – комментирует генетик, – но в последнее время, похоже, участились факты именно продажи новорожденных. Заявки на экспертизу по статье 135 УК РК «Подмена и продажа детей» поступают в основном от районных судов нашей области, и еще мы обслуживаем Кызылординскую область. Говорить о буме продажи именно южноказахстанских малышей мы не можем, но эта проблема есть. И наша задача – установить, кто на самом деле является биологической матерью малыша, та ли женщина, которая имеет все документы на данного новорожденного».

Часты обращения по фактам изнасилования, когда эксперты получают одежду и постельные принадлежности. «Мы не имеем права быть предвзятыми, – рассказывает эксперт, но искренне радуемся, когда получается найти насильника. Наши доказательства не могут быть косвенными – только прямые. Если будет хоть какое-то сомнение, а это бывает в случае бионаслоения генетических профилей (в некоторых селах нашей области очень много родственных браков, и люди так или иначе приходятся друг другу хоть дальней, но родней), наши эксперты дают отрицательный результат».

Установление отцовства, конечно, – классика жанра. И без необычных случаев не обходится. Однажды в лабораторию поступил адвокатский запрос на экспертизу. Необходимо было установить вероятность отцовства довольно зрелого мужчины, прожившего более сорока лет в бездетном браке. Мужчина «сходил налево», и в результате краткосрочной связи на свет появился замечательный крепкий мальчик. Мама малыша не то чтобы предъявляла претензии по материальному обеспечению ребенка – новоиспеченного отца возмутил сам факт. «У меня не может быть детей! – возмущался пожилой человек. – У меня их никогда не было, я уверен, что не могу иметь детей…» Генетическая экспертиза показала совпадение 99,99 %.

«Наши мужчины, как правило, не интересуются своим мужским здоровьем, – считает Улданай Тогайбекова. – И хотя не имею права обсуждать, в этой истории мне было непонятно возмущение папы. Тебе такая радость подарена! Прими божий дар в виде наследника. Не знаю, что происходило в его семье все эти годы, но, возможно, именно супруга убедила мужа в его бездетности. А он никогда не подумал перепроверить ее слова. И так бывает…»

Хотя интуиция именно у мужчин, по мнению экспертов, чаще всего срабатывает в правильную сторону. Нередки случаи, когда в семьях, в которых есть несколько детей, мужчина сомневается в родстве только с одним ребенком. И если он подает в суд, а суд назначает генетическую экспертизу, зачастую отец оказывается прав. «Неважно, на кого похож ребенок, – рассказывает Улданай Тогайбекова, – малыш может быть не похожим ни на отца, ни на мать. А может наоборот – вылитая мама, и даже замашки, манеры мамины, а от отца вроде ничего и не взял. ДНК показывает, что 50 % генов ребенок берет от матери и 50 % от отца. Только пополам – не может быть даже 49 % на 51 %, не бывает в природе. Так что выделить ДНК отца и матери не составляет большого труда, тем более с помощью современного оборудования. У нас в лаборатории даже биоробот есть, помогающий специалистам разбивать ядра клетки, чтобы вычленить ДНК. А вы знаете, что женщина сильнее мужчины? Даже ядро женской клетки разорвать намного сложнее, чем мужской. Опытный специалист даже по подготовительной процедуре может понять, чей перед ним образец – мужчины или женщины… »

Анализ ДНК на установление отцовства стоит недешево – 135 тысяч тенге. Но у частных лиц центр судебной экспертизы ЮКО такую заявку не примет. Для проведения экспертизы необходимо определение суда или адвокатский запрос.

Работают специалисты лаборатории и над новыми видами анализов. В скором времени молекулярно-генетическая лаборатория будет проводить ГМО-экспертизу и анализ ДНК животных. Возможно, мы застанем и создание общенациональной базы ДНК. «В Москве и Минске существую подобные базы, – рассказывает эксперт, – но это базы нарушителей. Человек, который преступает закон, обязательно сдает анализ ДНК, он заносится в систему и хранится долгие годы. Сегодня в Белоруссии, а мы тесно сотрудничаем с минскими генетиками, стоит вопрос о создании общей базы. Образец ДКН можно брать прямо при рождении ребенка – у малыша, мамы и отца – и заносить в специальный реестр. То есть не нужно отдельных затрат и мероприятий по сбору образцов. А как бы это помогло! Те же потерявшиеся дети, найденыши, беспризорники – поместили в приют, взяли образец ДНК и в течение нескольких часов нашли родителей! А сколько неопознанных тел так и хоронят в безымянных могилах… Объединенная база ДНК и в таких случаях помогла бы идентифицировать личность погибшего или умершего человека…»

На сегодняшний день работа по созданию базы ДНК казахстанцев начата в МВД РК. Пока она пополняется образцами лиц, осужденных за уголовные преступления.

Елена БОЯРШИНОВА

Обзор зарубежных публикаций

Отправить ответ

Оставьте первый комментарий!

Уведомлять меня
avatar
2000
wpDiscuz