Имя этого великого человека известно буквально всем.

Нет такого города в Казахстане, в котором бы не было улицы Казыбек би. Вот и у нас она есть, причем одна из старейших в истории Шымкента. Да-да, это улица Казыбек би, бывшая Советская, а в конце позапрошлого века называемая Никольской. С именем Казыбек би связано много легенд и преданий. Доподлинно неизвестно, где он родился, и даже год рождения ставится под сомнение, но погребен Казыбек би в самом почетном пантеоне казахской земли – в мавзолее Ходжи Ахмеда Яссави, а малозначительную личность там никогда бы не похоронили.

Чем же прославился этот человек, если еще при жизни ему оказывали почести, никак не меньшие, чем хану или султану? Акыны слагали ему поэтические хвалебные оды, а слова его разносились по всей Великой степи и были руководством к действию для многих родов, эту степь населяющих. Об этом сейчас и пойдет речь.

Пророчество матери
Общепринято считать, что Казыбек Келдибекулы родился в 1667-м году в прибрежье Сырдарьи. Хотя называются еще и 1664 и 1665 годы годы рождения – ученые до сих пор не могут договориться. Он принадлежал роду аргын из Среднего жуза, а точнее, из его подрода каракесек.

Можно сказать, что он родился в среде местной аристократии, и его место в обществе было предопределено заранее. Уже его дед Шанжар в народе считался большим мудрецом и за советом к нему съезжались все кочевники в округе. В семье его отца Келдибека свято соблюдались все правила традиционной степной культуры, и мальчика с детства готовили, как бы сказали сейчас, к активной общественной деятельности. Учителя знакомили его с лучшими образцами устного и письменного творчества, вырабатывали приемы красноречия, оттачивали ум и логическое мышление. Если верить преданию, то мать Казыбека, Токмейил, еще с колыбели предрекала ему большое будущее и даже выразила свои надежды в эпически-поэтической форме:

«Я выращу тебя с лаской, любовью,
Не обделю тебя ни молоком, ни кровом.
Ты будешь преклоняться только чести,
Твоим призваньем станет Слово».

Предсказания матери сбылись в полной мере. Его владение меткой образной речью, облеченной в афористическую форму, производило такое огромное впечатление на окружающих, что Казыбека еще в юности стали называть «Казыбек, непревзойденный в слове и слоге» или «Казыбек с непревзойденным голосом». Эти качества блестящего оратора, владеющего даром убеждения, пригодятся юноше позднее, когда он вступит на стезю дипломатического служения своему народу. Чтобы представить образцы его красноречия, приведу лишь один афоризм, сжатый по форме, глубокий по содержанию: «Отцом Слова является единство, а матерью Слова является истина».

Понятно, что подробностей взросления и становления личности будущего бия история не сохранила. В кое-каких письменных источниках упоминается его характер: мол, вспыльчивость свою он усмирял, проявлял крайнюю дисциплинированность, когда дело касалось народных интересов. Очень рано (пишут, уже в 15 лет) он участвовал в посольских миссиях, и взрослые мужи уже воспринимали его всерьез. (Вполне может быть, ведь мальчики тогда взрослели рано). Как бы то ни было, цепкий ум, начитанность и целеустремленность логично привели Казыбека к «должности» великого бия своей земли.

Суд биев и степные законы
Все, конечно, знают, что бии – это судьи, слуги закона. Но не всякий судья, например, в современном обществе, может оказывать влияние на судьбы народа, решать важнейшие государственные задачи. Роль биев в эпоху Казахского ханства была гораздо шире и значительней, чем просто «разборка» конкретных людских конфликтов. Казахские бии, как правило, объединяли в одном лице поэта, оратора, философа и мудреца и, разумеется, знатока норм обычного права.

В чем заключались принципы бийских судов? В первую очередь, в неподкупности и справедливости судьи, во-вторых, в доступности и публичности суда, затем – в соразмерности преступления и наказания. И главное, такие суды были ориентированы на гуманность, то есть не на «жажду крови», а на разумное примирение сторон – с обязательным возмещением причиненного ущерба. Существовала даже такая установочная форма: «Примирение есть цель и конец тяжбы». Интересно, что суды биев вызывали уважение со стороны «коллег по цеху» из соседнего «оседлого» мира. Известный русский исследователь В. Григорьев пишет: «У них (у казахов) возникло такое превосходное судопроизводство и такие порядки следственного и судебного процесса, каким могут позавидовать многие издавна цивилизованные народы».
Здесь самое время привести историю создания «Жетi жаргы» («Семь установлений») – свода норм обычного права казахского народа. Как известно, в разработке этого кодекса, кроме Казыбек би, участвовали бии Старшего и Младшего жузов – Толе би и Айтеке би. Все это происходило в эпоху правления Тауке хана, который стремился покончить с феодальными распрями и раздробленностью внутри страны и создать сильное государство – Казахское ханство. Чтобы воплотить в жизнь реформы, направленные на укрепление центральной власти, ему пришлось опираться на биев трех влиятельных жузов.

Основываясь на прежних уложениях, разработанных прежними ханами Касымом и Есимом, Тауке хан дополнил степные законы семью новыми пунктами. Согласно новому юридическому варианту, главы казахских племен и родов обязательно собирались один раз в год (прообраз будущего парламента). На этих форумах проблемы, связанные с внутренним и внешним положением государства, решались голосованием. Обозначена материальная компенсация или выплата куна (стоимости), которая стала самым распространенным видом наказания. При этом в зависимости от социального положения преступника и погибшего человека, размер выплачиваемого куна мог меняться. К примеру, если погибший был аристократом, то сумма куна возрастала в семь раз. Такой сословный крен в пользу имущих и родовитых был нормой в тогдашнем обществе – ничего личного.

В новом кодексе большое место отводилось уголовно-правовым аспектам. В частности, виновные подвергались наказанию соответственно тяжести преступления – по принципу «кровь за кровь». А мятежники и предатели страны однозначно подлежали смертной казни. Законы «Жетi жаргы» были, несомненно, прогрессивны для своего времени. Решать вопрос голосованием – неслыханное дело! Раньше было: сказал свое слово сильнейший – и все молчат себе в тряпочку.

И вот что замечательно: в судебном процессе чаще всего побеждал тот бий, который виртуознее всего владел ораторскими приемами, искусством убеждения, даже если у него на руках была более слабая доказательная база. Здесь прослеживается явная параллель с современными судами с участием присяжных заседателей, которых сильный и красноречивый адвокат может просто «уболтать». Так вот, Казыбек би был настолько убедителен в своих выступлениях, что мог выиграть любое дело, за которое болел душой.

В его жизни есть поистине героический эпизод, вошедший в анналы истории – спасение Абылай хана из плена коварных джунгар.

Оратор и дипломат
Молодой военачальник Абылай имел несчастье попасть в джунгарскую неволю. За дело его освобождения взялся бий-дипломат Казыбек би. В течение двух лет, с 1741 года, он настойчиво вел переговоры с вражеской стороной. Противники выдвинули два требования: взамен отправить сыновей казахской знати как заложников-аманатов; разорвать все отношения с Россией, приняв подданство Джунгарии. Посовещавшись с представителями родов, Казыбек би решил заложников отправить, но не принимать никакого подданства – ни джунгарского, ни российского. Свою позицию он усилил хитрой уловкой: мол, уже готовится на вас военный поход совместно с Россией, и лучше бы вам уступить. В результате Абылай хана освободили, а вместе с ним еще 32 казахских поселения и священный город Туркестан.

Отношения казахов с джунгарами вообще имеют долгую историю. Известно, что еще в 19-летнем возрасте Казыбек был в составе посольской миссии на переговорах с джунгарским правителем. Сохранилась яркая эмоциональная речь, которую юноша произнес перед джунгарским властителем Галдан-Цереном. В ней он подчеркнул и миролюбивость своего народа, и в то же время готовность отстоять свою свободу и честь. Вот выдержки из этой речи:

«Мы – народ, верный в дружбе, мы гостеприимны и щедры, а в грозный час, когда это нужно, ваши ханские юрты обрушим мы! Сын, рожденный от достойного отца, никогда рабом не станет. Дочь, рожденная честной матерью, рабыней не станет. Мы вольные люди, дети степи, сыновей и дочерей своих в неволе содержать не станем. С добром пришли – добром ответь! Не хочешь мира – получишь войну».

Именно после этой речи озадаченный и впечатленный враг и назвал молодого дипломата «Каз дауысты Казыбек» (звонкоголосый, с непревзойденным голосом), а в результате этой миссии удалось вызволить казахских пленников и весь угнанный скот.
Скончался Казыбек би зимой 1764 года у подножья горы Семизбуга, у источника Теректи. Его сын Бекболат там поставил юрту и четыре месяца хранил в ней тело отца. А когда сошел снег, перевез его в Туркестан, где похоронил рядом с другими великими деятелями казахской земли – в мавзолее Ходжи Ахмеда Яссави, ставшем местом паломничества для людей всего исламского мира.

Елена ЛЕТЯГИНА