Как всегда, перед старым Новым годом речь зашла о сакраментальном выборе – отмечать или не отмечать?

Для несведущих разъясню. Старый Новый год – это такой атавистический праздник, который продолжает жить только на нашем постсоветском пространстве. Всему миру он неведом. Иностранцы удивляются: как это старый и в то же время Новый? Оксюморонный парадокс, отсутствие всякой логики и здравого смысла… Однако ж так у нас повелось, никуда не денешься – такая загадочная наша душа… Вроде бы и наотмечались все уже до одурения. Пробили ощутимую брешь в семейном бюджете, получили осложнения в желудочно-кишечном тракте, нанесли урон печени и почкам. И надо и остановиться… Так нет же! Вы вспомните программу телепередач с 13-го января на 14-ое. Сплошь новогодний антураж, фейерверки, поздравлялки и елочная тематика! В общем, не дают просыхать народу, искусители…

В ожидании чудес
Однако разговор пойдет не о самом новогоднем празднике по юлианскому календарю – он уже позади, а об извечном для человека ожидании внезапных чудес. Будь то в Новый год или старый, в ночь перед Рождеством или на Святки… Вот хотим мы чудес – и хоть ты тресни!
В этом контексте я вспомнила забавную историю, рассказанную одним моим хорошим знакомым, которому тогда уже было далеко за 60:
«Наша семья никогда не отмечала Новый год 31 декабря вместе со всей страной. Соседи по коммунальной квартире уже вовсю «гудели» и нас зазывали на всеобщее веселье. Но моя мать принципиально отвергала все эти новогодние поползновения. «Еще чего, – говорила она мне, – этот праздник большевики выдумали, и в этот день отца твоего в КарЛАГ упекли, объявив врагом народа. И с чего бы я стала праздновать?»
Прошли десятилетия, мамы уже не стало, но и я, уже повзрослевший, отмечал только старый Новый год – по семейной печальной памяти… Как только друзья меня ни уговаривали, ни увещевали, ни взывали к трезвому рассудку, но меня было не склонить, и я, как мама, говорил: «Еще чего, стану я праздновать день трагедии моей семьи».
Были у меня два закадычных друга, еще со школьной скамьи. Вот они-то, хорошо зная мою упертость, никогда не звали меня за праздничный стол 31 декабря. А на старый Новый год старались как можно затейливее помочь мне наверстать упущенное веселье. Приходили ко мне 13-го вечером с полным питейным и гастрономическим набором, и мы начинали веселиться… Тогда мне уже было под тридцатник, успел жениться и развестись, родить двух детей, которых при разводе забрала жена. В общем, великовозрастный был обалдуй, но вечно меня на подвиги тянуло… В этот Новый, то есть старый Новый, год мне тоже не сиделось на месте, и друзья от меня не отставали. Короче, пришли они ко мне еще засветло. Мы сели, выпили, закусили, и решили продолжить праздник в центре: посмотреть на «площадную» елку, хлопнуть там шампанским в 12 положенных часов, да и, чего скрывать, может, для компании каких-нибудь симпатичных девчонок прихватить… Новый год же! Пора чудес! Забегая вперед, сразу расскажу про финал нашей эскапады. Чудеса случились, но с прямо противоположным результатом – ровно вопреки ожиданиям. Ночь прошла так: нас сначала забрали в милицию, надавали по мордасам, а я вдобавок под утро попал в травмпункт со сломанным ребром. Чудеса – зашибись!..

Соблазн на проводах
Но по порядку. В центр мы решили пойти пешком. Почему именно туда? А потому, что все мы жили в «свинцовском» районе: я на улице 1 Мая, мои друзья на улице Театральной. До площади все-таки далече. Но настроение у нас уже было повышенное, энергии молодости и куража тоже хватало, тем более с собой мы захватили все, что положено для продолжения банкета… В общем, сначала мы посидели в парке Металлургов, потом где-то во дворах рядом с кафе «Солнечное», затем было вырулили по направлению к площади… Но вдруг нам на глаза попался пустой троллейбус, который направлялся в парк. Да-да, не удивляйтесь, в то время в Чимкенте еще были троллейбусы – немного, но несколько маршрутов еще ходило… Так вот, почему-то нам захотелось на нем прокатиться. Мы встали прямо перед ним, и водитель испуганно затормозил – вдруг что-то случилось? Помню, что мы просили его куда-то нас отвезти, а он сначала терпеливо стал объяснять нам, что это невозможно. Мол, троллейбус «привязан» к проводам и повернуть направо по нашему желанию он в принципе не может… Наверное, мы очень бурно выразили наше недовольство. В результате водитель остановил свой транспорт перед первым же милицейским патрулем, открыл окно, позвал на помощь и тепленькими сдал нас с рук на руки…
Милиция у нас, может, и была «самая гуманная в мире», но и тогда могла хоть кого привести в чувство. Нам бы не сопротивляться, не качать права, но мы не вняли разуму, сопротивлялись и, говорят, крыли стражей порядка нецензурно. Кончилось противостояние предсказуемо: нас порядком побили – все-таки профессионалы. Обижаться было бессмысленно, тем паче, что нас потом отпустили. Сначала, конечно, взяли неофициальный штраф «за мелкое хулиганство» – пусть, им тоже жить надо. Но отпустили же. Не надо объяснять, что на площадь мы так и не попали… А что там было делать? Шампанское отобрали, не говоря уже о деньгах, на лицах у нас фингалы, и не по одному… Соблазнять в таком виде хорошеньких девушек, понятно, гиблое дело… В общем, поплелись мы назад, как побитые собаки, благо дома нас ждал накрытый стол, неоткупоренные бутылки и недоеденные яства…
Дома мы постепенно стали оттаивать. С каждым тостом жизнь приобретала все более осмысленные очертания. Недавнее фиаско перестало казаться унизительным позором, а, наоборот, превратилось в необыкновенно смешное приключение. К 12 часам настроение поднялось до страшных оптимистических высот. Мы, как положено, прокричали «ура» наступившему и уже окончательному Новому году… И стали соображать, что б еще совершить для достойной его встречи. Ну не сидеть же дома в конце-то концов! Не спать же ложиться, не песни же петь… А надо сказать, что накануне в Чимкенте выпал полноценный зимний снег, придавая заоконному пейзажу дополнительную романтическую привлекательность. Чтобы еще такое сделать, думали мы, чтобы этот год запомнился не троллейбусной эпопеей, а чем-нибудь хорошим, добрым, человеческим… Тут меня, на беду, и осенило…

Добро – ценой в ребро
Несколько лет назад я тесно общался с музыкантами, которые в своем подвале мастерили самодельные стереоколонки. Вот и я под их влиянием решил попробовать себя в плотницко-столярном ремесле. Из отходов древесины соорудил классный скворечник – на более путное отбросов не хватило. Покрыл его лаком и, очень собою гордясь, приволок в дом до подходящих сезонных времен. Эти времена так для меня и не наступили, скворечник же надолго отхватил полезную площадь нашей кладовки. «А давайте-ка, друзья, мы хорошее дело сделаем. Прибьем, наконец, куда-нибудь эту штуку на благо пернатым братьям нашим!» – осенило меня. Помнится, друзья поначалу усомнились в полезности затеи. Дескать, это дело весеннее, для встречи перелетных птиц, ну и так далее… Но я был упорен: а бедные воробьи, а вороны наши, что, не птицы что ли? Друзья быстро сдались. Конечно, помимо благотворительной цели у меня был и чисто прагматический интерес: очистить квартиру от ненужного хлама, что, впрочем, на Новый год исключительно уместно…
В общем, пошли мы во двор выбирать подходящее дерево. Таковых оказалось мало, все были какие-то тщедушные – воздем можно перешибить… Наконец искомое нашлось. Ну не так чтобы очень, не вековой дуб, но визуально более устойчивое из всех. Для прибивания скворечной конструкции надо было лезть наверх, но друзья мои энтузиазма не проявили. Я понял: инициатива наказуема, и сам стал покорять вершину… Чем кончилось? Печально. Подо мной дерево затрещало, и это можно понять: мой рост 190, вес – один центнер. К тому же тяжесть скворечника мало способствовала телесной ловкости и координации движений. Очередная ветвь, на которую я наступил, пробираясь к цели, с хрустом обломилась, и подвиг мой на этом позорно закончился. На земле, со сломанным ребром. Скворечнику пришлось еще хуже: он разбился вдребезги…
Про сломанное ребро я узнал в травмпункте – слава Богу он находился рядом, тоже на улице 1 Мая. Друзья мои меня туда как принесли, так и унесли. Опять домой, опять за стол, где выпили уже за то, что меня не постигла летальная участь скворечника»…
Слушая рассказ взрослого приятеля, нам и в голову не приходило усомниться в его правдивости: был ли тот троллейбус, был ли тот скворечник? А может, это была вдохновенная импровизация талантливого рассказчика и к тому же поэта? Но не суть.
Помню, я тогда поинтересовалась: а как сейчас обстоят дела со встречами Нового года? Неужели и до сих пор он в этом вопросе такой ортодокс? «Нет, – ответил он, – теперь у меня все в порядке со всеми годами – и с Новыми, и старыми, и любыми другими праздниками вкупе. Особенно сейчас, на закате жизни, когда начинаешь понимать, что их у тебя впереди остается все меньше и меньше… От прежнего новогоднего максимализма меня отучила вторая жена. Она хоть и была моложе меня на десяток лет, но мудростью обладала необыкновенной. «Знаешь, – говорила она, – что тебе мешает и в общепринятый Новый год вместе со всеми поднять бокал за здоровье и счастье. Ведь совместная радость вместе с пожеланиями это как совместная молитва, и гораздо быстрее дойдет до Бога… И что тебе мешает в этот день лишний раз помянуть отца, мать, ушедших близких и друзей? Одно другому не мешает – радость и печаль всегда идут рядом»…

Елена ЛЕТЯГИНА