Семья Дамарацких
Шымкентскому мальчику Максиму Дамарацкому необходима срочная операция
Максим Дамарацкий нуждается в помощи

У Максима Дамарцкого целых две заветные мечты. Первая, она поглавнее: чтобы больницу, в которой он лежит, снесли, а на том месте открыли парк. И чтобы дети, которые раньше приезжали в эту больницу лечиться, только бы и делали, что катались на качелях и каруселях. И вторая, немного меркантильная: когда Максим вырастет, обязательно купит себе «Лексус»! До жуткой сердечной боли хочется, чтобы желание Максима о дорогой машине сбылось.

Для этого ему только и нужно, что вырасти. И мы можем ему в этом помочь.

Болезнь всегда неожиданна. Нельзя зарекаться, никогда нельзя. Есть дети, кому не повезло. Они больны. Но они не должны умирать, когда есть возможность их спасти… У Максима Дамарацкого — лейкоз, да еще и один из тяжелейших вариантов. Страшное заболевание…

Точный диагноз звучит так: острый лимфобластный лейкоз, Т-клеточный вариант. Выживаемость — 50 %, поддаваемость лечению — трудная. Рецидивы возможны в 90 % случаев.

Квоту на операцию и реабилитацию за границей Максим сможет получить только в том случае, если переживет второй рецидив и врачам удастся снова вывести ребенка в состояние ремиссии. Есть очень серьезное «но», с которым согласны и специалисты-онкогематологи: в случае с Максимом рецидив лейкоза будет смертельным. Родители решили не ждать такого развития событий. Мальчику требуется операция по пересадке костного мозга, которую можно сделать в московской больнице.

Стоимость лечения в Москве — 65000 долларов.

Таких средств у Дамарацких нет. Но и ждать нет возможности — именно сейчас у Максима стадия ремиссии, мальчик прошел курсы химиотерапии и готовится к облучению, после которого показания к операции будут идеальными. Родители Максима — Игорь и Эльвира — обращаются ко всем, кто может помочь сохранить жизнь их ребенка. У них нет другого выхода.

АО «Народный банк Казахстана» № текущего счета: KZ556010002004261448

Дамарацкий Игорь Константинович — отец Максима.

Шымкентскому мальчику Максиму Дамарацкому необходима срочная операция
Семья Дамарацких

… Максим с мамой приехали из Алматы всего на неделю — мальчика отпустили домой после долгого одиннадцатимесячного лечения в Республиканском центре педиатрии и детской хирургии. Мы сидим в просторном зале дома Дамарацких, и даже как-то не верится, что трое из этих шумных, веселых детей больны. Рядом с мамой сидит только Андрюша — очень соскучился. Демонстрирует маме, что уже умеет стоять, и хвалится, что умеет пылесосить ковры. Поляша занята машинкой, пытается усадить свою маленькую куклу в салон игрушечного автомобиля, не забывая при этом зорко следить за папой: девчушка ждет прогулки. Костик хитро улыбается, показывает на разбитую переносицу: каникулы… уже отметился. Максимка радуется всем: братьям и сестре, родителям, гостям, домашним играм.

«В клинике у детей жуткие игры, — не без содрогания вспоминает Эльвира. — То говорят: у тебя сегодня озноб, давай лечить. То пункцию берут, то кровотечение останавливают. Они ведь играют в то, что видят. И на это страшно смотреть…»

Максим знает все о лечении. Мальчик может рассказать о блоках химиотерапии, о том, что такое бласты и сколько у него их в крови. И даже о том, что бывает с его больничными друзьями, которые не выдерживают и уходят. Ему всего шесть, но они с мамой никогда не произносят слова «умер». Только «уходят». И тогда не так страшно видеть то, что ежедневно видят они.

…12 лет совместной жизни без детей. В свое время для Эльвиры и Игоря Дамарацких оставалось одно: пройти экстракорпоральное оплодотворение. Семья крепко стояла на ногах и могла позволить себе вложить огромные деньги в мечту. На свет в декабре 2004 года появились близнецы Полина и Костя. Сразу после рождения в карточке девочки появилась запись: синдром Дауна. Избавиться от такого диагноза невозможно. Но Полина не больна, уверены родители, она особый ребенок.

«Про таких детей даже стих есть. Мудрый взгляд слегка раскосых глаз. Добрая и милая улыбка. Кто они? Пришельцы среди нас? Или же случайная ошибка? — улыбается Эльвира. — Нет, наша Поляша — это точно не ошибка. Она милая девочка. Пусть и не такая как все. Хотя это только внешне. Поляшка умненькая, правда, очень отцом избалованная…»

Ровно через год после рождения близнецов Эльвира узнала, что снова ждет детей. Так просто, самостоятельно. Врачи предложили родителям пройти генетический анализ — синдром Дауна у старшего ребенка повышал риск аналогичной патологии. Эльвира отказалась, посчитав это предательством по отношению к Полине.

«Все равно ничего бы не изменилось, — вспоминает женщина, — я бы в любом случае не стала бы избавляться от детей, я так долго их ждала.»

В мае 2006 года в семье Дамарацких малышовский отряд пополнился Андрюшей и Максимом. У Андрюши сразу после рождения диагностировали ДЦП.

Эльвира много раз спрашивала себя: ЗА ЧТО? И сама давала себе ответ: «Я так долго просила детей в наш дом, много детей. И кто теперь рядом со мной, не дети? Конечно, дети! Я же не заказывала себе конкретных: развитых, здоровых, безпроблемных. Я просила просто детей. И получила…»

Игорь и Эльвира занялись лечением Андрюши. Игорю пришлось продать свою часть бизнеса, машины, потратить все свои сбережения — лечение обходилось в тысячу долларов в месяц. И врачи сотворили чудо. К своим пяти годам мальчишка мало отличается от обычных детей, даже в чем-то их перегоняет. Андрей очень развит, играет в шахматы, старается читать. Только вот ходить «ленится», но отец говорит, что дело это временное: лечение сделает свое дело, только нужно время. …

Но Андрюшино время пришлось потратить на Максима. У мальчика из младшей двойни заподозрили анемию. Темные круги под глазами, вялость, апатия насторожили родителей. В областную детскую больницу Максима забрали сразу же после результатов общего анализа крови, а через два дня в экстренном порядке доставили в Алматы. Здесь родители и услышали страшный диагноз: лейкоз.

В тот момент, когда Максим попал в больницу, поражение крови составляло 85 %.

«Операция по пересадке костного мозга — не совсем панацея, — говорит Эльвира, — но она увеличит шансы Максима на жизнь. Нам не нужно искать донора, им может стать Андрюша, ДЦП не помеха для пересадки. Не так страшна и сама пересадка, как реабилитационный период, проходящий в условиях полной стерильности. Перед операцией кровь «обнуляется», то есть все показатели на нуле. А постепенно новый костный мозг начинает вырабатывать клетки крови: тромбоциты, эритроциты, лейкоциты. Любая инфекция в этот период может стать смертельной…»

На чаше весов — человеческая жизнь. И поэтому опускать руки нельзя. Игорь и Эльвира держатся — редко встречаешь такую семью с таким позитивным настроем, с такими любимыми детьми. У них все получится, нужно только помочь.