Президенты России и Узбекистана Владимир Путин и Шавкат Мирзиеев посетили в минувшие выходные Туркестанскую область Казахстана.

В городе Сарыагаш на границе с Узбекистаном глав двух государств встретил президент Нурсултан Назарбаев. Он, как сообщают информированные источники «Вестника Кавказа», и был инициатором неформальной встречи.

Туркестанская область на карте Казахстана появилась минувшим летом и до переименования называлась Южно-Казахстанской областью. А Шымкент 19 июня 2018 года, согласно указу президента Казахстана, стал Туркестаном и получил статус областного центра. Термин «Туркестан» объединял Казахстан, Среднюю Азию и Синьцзян. С конца XIX века по 1918 год существовало Туркестанское генерал-губернаторство с центром в Ташкенте, куда входили все четыре республики Средней Азии и четыре области Казахстана. Потом появилась Туркестанская АССР в составе России. Позднее между Казахстаном и Узбекистаном за этот термин существовало негласное соперничество. «Казахстан, по сути, застолбил за собой термин Туркестан», – считает политолог Данияр Ашимбаев.

Проект «Туркестанская область», по мнению политолога Досыма Сатпаева, стал не только центром духовного и культурного развития Казахстана, но развитием идеи «Рухани жангыру» (программная статья Назарбаева, ориентированная на возрождение духовных ценностей казахстанцев с учетом всех современных рисков и вызовов глобализации – «ВК»). Как сказал «Вестнику Кавказа» Досым Сатпаев, власть предприняла попытку придать импульс развития региона административными методами.

Место встречи – Туркестанская область, по всей видимости, было выбрано неслучайно и должно символизировать начало экономического развития регионов трех стран. Тем более речь на встрече шла об итогах первого форума межрегионального сотрудничества России и Узбекистана. Именно в том же формате, в каком ежегодно проводят встречи Казахстан и Россия.

Неформальная беседа лидеров трех стран проходила на фоне виноградников, раскинувшихся вокруг южной резиденции казахстанского президента. Эксперты считают, что главам Казахстана, России и Узбекистана понадобилось сверить часы по взаимодействию в треугольнике Астана – Москва – Ташкент. «Известно, что Владимир Путин и Шавкат Мирзиеев достигли отличных результатов в ходе визита российского лидера в Узбекистан. Это и строительство первой в Узбекистане атомной электростанции, и создание 79 совместных предприятий, и дальнейшие планы по наращиванию экспорта узбекистанской продукции в Россию. Серьезные сдвиги в российско-узбекских отношениях, безусловно, влияют на ситуацию в Центральной Азии в целом. Затрагивают они и российско-казахстанское взаимодействие, открывая для него новые возможности», – сказал «Вестнику Кавказа» кандидат исторических наук, научный сотрудник Института востоковедения РАН, главный аналитик экспертного центра «Евразийское развитие» Александр Воробьев.

По мнению эксперта, Москва и Ташкент вряд ли могут наладить полноценное торгово-экономическое взаимодействие друг с другом без активного включения в это сотрудничество Астаны. Значительная доля грузопотока между Россией и Узбекистаном неминуемо проходит транзитом через Казахстан. Это государство является своеобразным мостом между Россией и Узбекистаном, Узбекистаном и другими странами ЕАЭС, включая Белоруссию. Имеются и другие важные вопросы, которые могут быть решены руководством трех стран только совместно: безопасность, вопросы охраны пограничных рубежей. «То, что Путин и Мирзиеев по завершении своей исторической встречи 18-19 октября оказались в гостях у Назарбаева – в узбекско-казахтанском приграничье – показательно. Этим жестом главы России и Узбекистана подчеркнули, что Казахстан также находится в этой общей обойме сближения трех стран, играет и будет играть в нем в будущем значимую и конструктивную роль», – полагает Александр Воробьев.

Директор Центра исследовательских инициатив «Ma’no» Бахтиер Эргашев считает, что президентов трех стран не могут не беспокоить события, которые происходят в Афганистане: «По последним сведениям, в афганском приграничье скопилось до 11 тысяч боевиков ИГИЛ (запрещена в РФ), которые мигрировали из Сирии. По мере освобождения сирийского Идлиба, его покидают не только игиловцы, их там было мало, но и боевики Аль-Каиды (запрещена в РФ), а также аффилированные с ним отряды запрещенных в РФ движений Таухид валь-Джихад, лидером которых является Абу Салах аль-Узбеки и «Джамоат Имам аль-Бухари» – всего 600 боевиков. Уходят и уйгуры – Исламское движение Восточного Туркестана (запрещено в РФ). Их путь лежит в Афганистан». На вопрос «Вестника Кавказа», насколько эти боевики представляют угрозу для стран Центральной Азии, с учетом того, что движение «Талибан» (запрещено в РФ), действующее на большей территории Афганистана, самостоятельно воюет с игиловцами, Бахтиер Эргашев ответил, что талибы реально воюют с ИГИЛ. «Есть какие-то отряды талибов, которые перекупают боевиков ИГИЛ, но потом их или уничтожают, или принуждают к подчинению. Талибы воюют с ИГИЛ по одной простой причине – они не признали власть самопровозглашенного халифа Абу Бакра аль-Багдади. По разумению «Талибана», идея халифата изначально неправильна, и они с ней не согласны. Напомню, что в феврале 2015 года, на следующий день, как только боевики Исламского движения Узбекистана (запрещено в РФ) принесли присягу Абу Бакру аль-Багдади, они были ликвидированы. У Талибан и ИГИЛ идеологическое непримиримое противостояние», – пояснил эксперт.

Другая ситуация, по словам Эргашева, с батальонами им. Имама аль Бухари, или и Таухид валь-Джихад – они принесли присягу «Аль-Каиде». Эксперт напомнил, что «Талибан» тоже приносил присягу шахиду шейху Усаме бен Ладану. Поэтому талибы говорят: ИГИЛ резали, режем и будем резать, а братьев из «Аль-Каиды» не тронем.

«Как быть в такой ситуации Узбекистану, России, Казахстану? Талибы согласны воевать с ИГИЛ, но «Аль-Каиду» и аффилированные с ними узбекские, уйгурские, чеченские отряды трогать не будут. Вопрос очень серьезный. При том, что сил у кабульского правительства на борьбу с ними нет. Этот вопрос с каждым днем приобретает все более острый и опасный характер», – сказал эксперт.

Поэтому, отметил Эргашев, президенты обсуждали вопросы региональной безопасности, усиление угроз переноса, вероятность дестабилизации изнутри так называемыми «спящими ячейками». «Понятно, что напрямую они против Узбекистана не пойдут, но будут создавать свои структуры, ячейки. Это угроза, и проблему надо решать», – считает Эргашев.