Рустемов Насыр
Фото Бахытжана Аширбаева

Интервью с известным скульптором, лауреатом Госпремии Казахстана Насыром Ачиловичем Рустемовым складывалось нелегко. Не потому, что ваятель был заносчив и высокомерен, и не потому, что из него, как говорится, было слова не вытянуть. Совсем наоборот! Просто Насыр сразу же напрочь отмел все каноны газетного жанра интервью, который предполагает диалоговую форму «вопрос-ответ». Он с первой же минуты разговора стал говорить о том, что ему интересно!

МЕЧТА
Говорить о себе ему было явно скучно. Ну, родился, ну, учился… Чтобы восполнить этот информационный пробел, я все-таки выудила о нем кое-какие биографические данные, которые собеседник не опроверг.

Итак, Насыр Рустемов родился в поселке Жанабазар Казгуртского района Чимкентской области. Сколько себя помнит, с самого детства хотел стать художником, минуя мальчишеские колебания между летчиком и космонавтом. На вопрос, что поспособствовало такой ранней определенности в выборе будущей профессии, Насыр ответил лаконично: «Природа».

В школьном возрасте он посещал секцию изобразительного искусства, которую вел первый его незабываемый учитель – Юрий Семенович Евсеев. Отец был против художнических устремлений мальчишки – ему хотелось, чтобы сын стал «большим человеком», желательно по партийной линии. Не тут-то было! Юноша даже грузчиком поработал, чтобы наскрести денег на поездку в Ташкент – для поступления в художественное училище им. Павла Бенькова. Поступил. Учился настолько хорошо, что по завершении учебы заслужил направление в художественный институт им. Василия Сурикова в Москве. А этот вуз для будущего художника, а тем более из провинции, был высшим пределом мечтаний!

Институт по специальности «художник-монументалист» Насыр окончил с отличием. Его дипломная работа – роспись для клуба «Вечерний аул» произвела впечатление. Комиссию проняла вовсе не восточная экзотика темы, и не только уверенная техника исполнения, а точная передача чувства любви к своей родной земле, насколько это возможно в монументальной форме. Художник состоялся.

ИЗ ДАЛЬНИХ СТРАНСТВИЙ ВОЗВРАТЯСЬ
После возвращения в Чимкент Насыр, выпускник самого престижного художественного вуза страны, сразу же получил крупный и сложный заказ – многофигурный рельеф на Дворце культуры фосфорников. Работали вместе с Дауреном Альдековым – лучшим другом еще со времен ташкентского студенчества. С заказом они справились блестяще, совместив воедино тематику быта, культуры и социалистического труда. Так было положено. Дальше больше. Выполнили панно и бюст Сергея Кирова в одноименной школе. Словом, многообещающий специалист стал востребован городом и областью.

Чуть позже Насыр стал председателем Союза художников Южного Казахстана, то есть, получил чиновную должность… Чем не жизнь! Но очень скоро он понял, что руководящая роль – не для него. Это обуза, отнимающая время, сковывающая творческую свободу.

Про перестроечные годы Насыр Ачилович упомянул скупо и неохотно: «В то время меня охватило мрачное чувство какой-то катастрофической безнадежности. Помните, эти убогие ларьки, освещаемые свечками в ночи… Работы не было – кому тогда было дело до искусства? Союз художников распался, затем развалилась и большая страна». Дело стало выправляться постепенно – и у художника, и у суверенного Казахстана.

НА СВЕТЛОЙ СТОРОНЕ ЖИЗНИ
Нельзя сказать, что все эти сложные годы переходного периода Насыр вовсе сидел без дела – какие-то заказы все же перепадали. Но кардинальные перемены к лучшему настали с приходом нового акима Южно-Казахстанской области – Аскара Мырзахметова. В это время Насыр Ачилович принял участие в создании историко-монументального паркового комплекса, посвященного 20-летию Независимости Казахстана. Замысел комплекса предложил сам аким, и в 2009 году группа архитекторов, художников, скульпторов разработала концепцию реконструкции площади Ордабасы и территории исторического центра города.

«Появилась у меня такая идея, – вспоминает Насыр, – в центре площади поставить фигуру женщины, которая с высоты, по-матерински, как бы охраняет и благословляет лежащий перед ней Шымкент. Идея была принята, так на свет появилась скульптура «Отан-ана», которую опять создавал вместе с другом Дауреном Альдековым. А в 2011 году, в только что открытом парке Независимости была установлена еще одна знаковая скульптура «Алтын шанырак».

Этот период Насыр Рустемов вспоминает как самый творчески плодотворный и удачный отрезок жизни, но разве не было у него и других заслуг? Если вспомнить все его заметные работы – а их не менее 70 – то нельзя не упомянуть конный памятник Байдибеку, памятники трем казахским биям, Турару Рыскулову, Шамши Калдаякову, Бауыржану Момышулы, Ахмету Байтурсынову, Динмухаммеду Кунаеву, Батыру Шукенову… О так называемых «малых архитектурных формах», небольших, но выразительных скульптурах, украшающих город и услаждающих взгляд, можно говорить особо. Количество их Насыром не подсчитано, хотя в эти «камерные» фигуры он полностью вкладывает всю теплоту своей души.

Есть ли у Насыра Ачиловича ученики-последователи? Ведь преподавал же он когда-то в нашем художественном училище им. А. Кастеева? «Их немного, некоторые из них уже самостоятельно и вполне удачно продолжают свой творческий путь», – говорит Насыр. Но самая верная и перспективная ученица – моя младшая дочь Гульфируз, которую я, кстати, никогда специально ничему не учил. Она сейчас заканчивает в Алматы свое архитектурное обучение, но по специальности, похоже, работать не будет. Она – художник, «звучащий» со мной синхронно – на одной душевной творческой волне».

… Едва я переступила порог мастерской, Насыр Ачилович подвел меня к пока еще не оконченной конной скульптуре, над которой сейчас работает. Что это будет? «Я хочу создать собирательный образ казахского батыра, который бы, как эпический герой, олицетворял и духовное величие народа, и мощный посыл в будущее, и страстную любовь к своей земле»…

Елена Летягина