.png)
Понимание скоротечности нашей жизни приходит ближе к ее финишу. Да и то не ко всем. А что остается после этого? Только память о человеке и его делах.
У самых ярких и деятельных личностей жизнь пролетает, словно метеор. И сколько же значимого и важного они успевают сделать за отпущенное им время!..
Один из таких людей — наш земляк Петр Макарович Хан. Старожилы Шымкента и области помнят Петра Макаровича прежде всего как первого председателя Южно-Казахстанского областного корейского этнокультурного центра. Но у него имеется много других, не менее значимых заслуг. Впрочем, не будем нарушать хронологии…
Испытание
Петр Макарович родился 11 ноября 1922 года в Дальневосточном крае. В 1938-м территория, на которой он жил, вошла в состав Приморского края. Впрочем, это уже было не столь важно для корейцев Дальнего Востока, поскольку к тому времени, если точнее, то с 1937 года началась великая трагедия целого народа. В одночасье людей выдернули «с кровью» из насиженных, обихоженных их трудом и потом мест и отправили в неизвестность.
За что такая «честь»? Чем провинился перед властью целый народ?! Ответ — на поверхности: корейцы стали заложниками политической ситуации на Дальнем Востоке. Контуры грядущей войны с японским милитаризмом становились все отчетливее. А местных советских корейцев подозревали в возможном сотрудничестве с Японией и шпионаже в ее пользу. И их отправили из тех мест куда подальше, то есть в Азию и Казахстан. Причем не в плацкарте, а в холодных товарных вагонах без каких-либо элементарных удобств. По дороге многие, особенно старики и дети, умирали. У людей не было ни времени, ни возможности достойно проститься с ними, похоронить…
Поздней осенью 1937 года спецпереселенцев из Дальнего Востока доставили в степи Казахстана: кого — в Кзыл-Ординскую область, кого — в Талды-Курганскую. Как говорится, выживайте как можете. Если бы не милосердие, человечность и доброта казахов, то неизвестно, остались ли бы в живых депортированные народы, в том числе корейцы…
Петру Хану исполнилось в ту пору ровно 15 лет. В те годы дети рано взрослели. На долю этого поколения выпали перегибы коллективизации, сталинские репрессии, война, а затем трудные послевоенные годы.
Наравне со взрослыми Петр стал трудиться на полях. Не секрет, что у корейцев репутация очень трудолюбивого и выносливого народа. Они — одни из лучших земледельцев, которые практически на любом клочке земли могут вырастить знатный урожай риса, пшеницы, кукурузы, лука и других овощей.
Постепенно, шаг за шагом, переселенческая жизнь стала как-то налаживаться. Но тут страну и ее народ настигла другая страшная напасть: началась Великая Отечественная война.
В 1944 году Петр Хан окончил сельскохозяйственный техникум. Дипломированного специалиста назначили заместителем председателя колхоза «Приморец» Каратальского района Талды-Курганской области.
На сайте АПН мне попалась статья «Как Уштобе стал «корейской столицей» Казахстана», в которой профессор Герман Николаевич Ким, известный историк, уроженец Талды-Курганской области, выросший в семье переселенцев, автор фундаментального научного труда в трех томах «История иммиграции корейцев» говорит: «Вокруг Уштобе располагалось с десяток корейских колхозов: «Дальний Восток», «Приморец», «Достижение», «Ленинский путь», и жили во всех этих поселках тоже корейцы. Только эти необычные для района названия — Дальний Восток, Приморец — напоминали о том, откуда мы все родом».
Южный Казахстан
С 1952 года трудовая деятельность Петра Макаровича Хана была связана с Южно-Казахстанской областью. Первая его должность — заместитель председателя колхоза «Прогресс» Ильичевского района Чимкентской области, затем — секретарь Ильичевского райкома партии.
Переход на партийную работу был не случаен. Дело в том, что с 1957-го по 1961 год Петр Хан учился в Алма-Атинской высшей партийной школе. Он окончил ее с отличием, чем очень гордился. Тот год вообще был особенным: полет первого космонавта в космос, новшества в сельском хозяйстве страны, достижения науки в целом.
Так вот, по окончании Алма-Атинской ВПШ и до 1973 года Петр Макарович работал директором совхоза «Славянский» Махтааральского района, совхоза им. А. Навои Сайрамского района, совхоза «Казыгуртский» Ленинского района.
С 1973-го по 1976 год он руководил Бадамским механизированным лесхозом, а с 1977-го по 1986-й год трудился начальником Чимкентской механизированной станции защиты растений.
Весь свой богатый опыт он направлял на укрепление агропромышленного комплекса Южного Казахстана. Примечательно, что трудовые коллективы, которые возглавлял Петр Макарович Хан, всегда награждались переходящим Красным Знаменем Минсельхоза республики и СССР.
Хан-канал
«Будучи председателем колхоза в селе Карабулак Сайрамского района нашей области, Петр Макарович видел и понимал, что эта благодатная земля не дает больших урожаев из-за отсутствия поливной воды, — рассказала Марзия Имановна Омарова. — Он досконально изучил обстановку: «Народ — трудолюбивый, земля — благодатная, может давать большие урожаи, но очень нужна поливная вода. Да, нужен канал! Очень сложная задача, но с этим народом достижимая!»
Благодаря таланту организатора и своей партийной ответственности Петр Макарович на бюро райкома, собравшегося с участием водоустроителей именно по этому поводу, заявил, что готов доказать в любой инстанции, даже положить на стол все свои государственные награды и партийный билет, но отстоять право строительства водной артерии — Большого оросительного канала для жителей Карабулака и близлежащих сел, страдающих без снабжения поливной водой.
Невозможно было отказать председателю колхоза и делегатам 40-тысячного населения Карабулака, с волнением ожидавших решения у стен райкома партии. Время от времени они даже скандировали: «Мы хотим канал! Мы построим его!»
Разрешение было получено! Организовав стройку народным методом «асар», карабулакцы общими усилиями построили и запустили Большой оросительный канал. А в благодарность народ назвал его Хан-канал, который так и вошел в государственный реестр и вписан в географические карты страны. Случилось это примерно в середине 80-х годов.
Петр Макарович всегда был таким во всех делах и поступках, не ради наград, а на благо людей и народа страны, взрастившей его самого и всех корейцев, обретших на просторах Казахстана вторую Родину».
«Да, эту историю я тоже знаю со слов Марзии Имановны Омаровой, вдовы Владимира Ли, поэта и тележурналиста, — отметила Роза Викторовна Пак, директор школы-гимназии имени Т. Мусабаева. — К сожалению, я с ним лично не знакома. Когда я стала председателем корейского ЭКЦ, Петра Макаровича в живых уже не было. Но о нем и его добрых делах я наслышана.
Это был первый председатель Ассоциации корейцев Южно-Казахстанской области. Петр Макарович Хан — вообще легенда. Очень грамотный, очень патриотичный, очень скромный человек.
История с каналом на самом деле очень показательная. Петр Макарович ведь просто от отчаяния обратился к первому секретарю обкома партии Асанбаю Аскарову, потому что другие варианты решения проблемы поливной воды были исчерпаны. Он принес все свои медали, все свои награды и сказал: «Разрешите мне построить там канал. Без этого канала невозможно будет обеспечить жизнедеятельность этого колхоза». На что Асанбай Аскарович ответил: «Я понимаю все, но сейчас в бюджете нет денег». И тогда Петр Макарович сказал: «Вы мне только дайте разрешение. Я все сделаю с сельчанами методом асара. Если не получится, значит, вот — я оставляю все свои награды, значит, я их не заслужил». На что Аскаров ответил: «Награды забирай! Я тебе даю добро на канал».
И вот методом асара — народной стройки — в Карабулаке построили инженерное сооружение, которое и по сей день называется Хан-канал. Сельчане в честь Петра Макаровича назвали его Хан-канал. По сей день люди пользуются им, возможно, даже не зная об этой предыстории.
Однажды мне с руководителем управления внутренней политики пришлось быть на сходе в Карабулаке, там возник межэтнический конфликт. И там я рассказала эту легенду, связанную с Петром Макаровичем. Говорю им: «Вот видите, раньше люди не делились на нации, все работали плечом к плечу ради своей Родины, ради общего блага. Значит, где ты родился, там и пригодился…» Тогда это подействовало, конфликт утих.
На таких достойных примерах из жизни наших старших товарищей надо учить современную молодежь.
На самом деле семья Петра Макаровича Хана жила очень скромно. На доме №21 по улице Иляева, где он жил, есть мемориальная табличка, посвященная ему».
«В списке жизненных приоритетов Петра Макаровича Хана работа всегда стояла на первом месте. Руководство региона бросало его на самые трудные участки, и всегда он неизменно оправдывал доверие, выводя из кризиса, казалось бы, самые запущенные хозяйства», — вспоминает Ольга Тен-Хановна Ли, дочь друга, сподвижника Петра Макаровича — легендарного начальника облсельхозуправления Бориса Григорьевича Ли (Ли Тен-Хана).
Корейский этноцентр
В 1989 году на волне перестройки в Чимкенте начали появляться национальные культурные центры. Это было в новинку: народы, лишившиеся своей родной почвы, языка и культурных традиций, получили право на возрождение традиций, языка, культуры и обычаев на своей второй Родине.
Естественно, советские корейцы воспользовались открывшимися возможностями. Петр Макарович Хан вместе с другими активистами-инициаторами (среди которых — Ли Тен-Хан,
В. Ким, А. Цой, В. Ли и другие) принял самое активное участие в организации и открытии корейского культурного центра, а потом и возглавил его.
Перед этноцентром были поставлены конкретные цели: сплотить корейский народ Южного Казахстана, возродить и сохранить народные обычаи и традиции, создать условия для изучения корейского языка.
В первые годы работы членами корейского этнокультурного центра стали около 1 200 представителей диаспоры области. Филиалы были открыты в Махтааральском, Джетысайском, Сарыагашском, Сайрамском и Толебийском районах. В средних классах городских школ №№8 и 9 открывались десятки групп по изучению корейского языка. Жизнь центра кипела.
И ни у кого не вызвал удивления звонок от посла Южной Кореи в Казахстане, когда он сообщил, что решением правительства Южной Кореи за личный вклад в сохранение и возрождение корейского языка, культуры и традиций Петр Макарович Хан награжден орденом Дружбы.
Правда, эту награду он не успел получить лично. 16 января 1996 года Петра Макаровича не стало. Столь высокую и заслуженную награду вручили его детям. На момент его ухода в мир иной Петр Хан был отцом четверых детей, пяти внуков и правнука. Шел ему 74-й год…
Прошло 30 лет со дня его смерти, но нельзя отделить его имя от успехов, достигнутых корейским культурным центром.
Признание
В плане признания жизнь Петра Макаровича сложилась вполне успешно. Его любил народ, и власть не обделяла своим вниманием.
«Человечный, справедливый, но требовательный, не любит болтунов» — так отзывались о нем сотрудники. Младшие коллеги называли его отцом, старшие — братом. Его отличало высочайшее и по нынешним временам мало кому знакомое понятие — чувство щепетильной порядочности.
Петр Макарович Хан — кавалер ордена Трудового Красного Знамени, двух орденов «Знак Почета», ордена Дружбы от правительства Южной Кореи (посмертно). В числе его наград — пять медалей, в том числе «За доблестный труд в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.», «За доблестный труд в ознаменование 100-летия со дня рождения В.И. Ленина» и др.
Заслуженный работник сельского хозяйства Республики Казахстан.
Лауреат премии акима ЮКО «Бауырмал» 1995 года.
За оказание шефской помощи школам и детским учреждениям Петр Макарович Хан был награжден значками «Отличник народного просвещения Казахской ССР» и «Отличник гражданской обороны СССР». Неоднократно награждался медалями и грамотами.
Послесловие
Помните, в начале статьи мы говорили, что остается после того, как человек завершает свой жизненный путь? В лучшем случае — только благодарная память о нем и его добрых делах. Наш случай как раз такой.
Внучка Петра Макаровича Наталья Хан сказала: «Я помню дедушку как серьезного и немногословного человека. Он никогда не забывал про семью и обязательно собирал всех нас — своих детей и внуков — на семейные торжества.
Несмотря на то, что формально он был на пенсии, фактически же очень активно занимался общественной деятельностью. И когда родилась идея создания культурного центра, он погрузился в эту работу полностью. Для него было счастьем вносить свой вклад в возрождение родной культуры, видеть, как молодежь приобщается к традициям и богатой культуре корейского народа. Это радовало его сердце и душу.
Я это видела всегда, когда заходила к нему в кабинет корейского этноцентра, который располагался в здании бывшего кинотеатра Сейфуллина. Таким я его и запомнила.
Для нас дедушка — наш навигатор, ориентир. Я всегда сверяю свою жизнь с его, в трудных ситуациях задаюсь одним вопросом: а как бы он поступил на моем месте?.. И всегда приходит ответ: поступай по совести!».
Фарида Шарафутдинова
