Недавно в Кентау прошел День города, на котором отметили 71-летний возраст его существования на географической карте Казахстана. Казалось бы, ну что это за дата?! И какое отношение имеет этот маленький городок к нашему солидному мегаполису? Действительно, дата некруглая. И отношения к нам он больше не имеет. Но только недавно, в 2018 году (а по историческим меркам это пустяки), город этот был частью нашего огромного края, во главе которого стоял Шымкент. И был, пожалуй, самой яркой жемчужиной в Южно-Казахстанской областной короне.
Городок союзного значения
Само собой разумеется, что Кентау с момента рождения находился с Шымкентом в административной вассальной зависимости. Ну, допустим, кентауский горздрав подчинялся шымкентскому облздраву, кентауское гороно курировалось шымкентским облоно и так далее. Тем не менее Кентау всегда стоял среди прочих районных поселений несколько особняком. Вот, к примеру, Сарыагаш относился к Сарыагашскому району, Ленгер к Толебийскому, Шаульдер — к Отрарскому, а вот Кентау всегда был просто Кентау, что звучало гордо и значительно.
А дело в том, что этот городок появился на месте небольшого поселка Миргалимсай, возникшего на месте богатейшего месторождения свинцово-цинковых руд. Это самым непосредственным образом сказалось и на промышленном развитии региона, и на открытии Чимкентского свинцового завода, и на развитии Чимкента как крупного индустриального центра. А если говорить масштабнее, то именно богатые запасы полезных ископаемых в горах близ Кентау создали сырьевую основу для развития в Южном Казахстане крупной цветной металлургии.
Вот и сам Кентау появился на свет благодаря богатому Миргалимсайскому месторождению и созданию Ачисайского полиметаллического комбината («Ачполиметалл»). Кентау в переводе с казахского так и означает «рудная гора».
Если говорить об истории Кентау кратко, то здесь надо выделить несколько временных этапов.
В 1952 году появился поселок Миргалимсай, названный так в честь рабочего Миргалима Фахрезетдинова. Затем поселок стал неуклонно расширяться. Добыча руды нуждалась в большом количестве рабочих рук. Вместе с шахтерами сюда съезжались инженеры, геологи, механики, строители и другие профильные специалисты, для которых требовались жилье и магазины, больницы и культучреждения, детсады и школы, словом, вся инфраструктура, необходимая для полноценной жизнедеятельности.
Превращение шахтерского поселка в город происходило где-то с 1941-го по 1955-й. В годы Великой Отечественной войны значительно возросло значение всех горнодобывающих предприятий, и Миргалимсайского в частности.
Однако строительство и благоустройство молодого города Кентау имели свои особенности. На горных работах порой (а может, и в основном) использовался труд людей, оказавшихся здесь в результате депортации из разных регионов СССР, — это греки, чеченцы, корейцы, немцы… и далее по списку всех народов Казахстана. А позднее к ним присоединились японские военнопленные. Многонациональность стала одной из характерных черт Кентау советского периода. Исследователи считают, что в нем одновременно проживали где-то порядка 40 национальностей. Но разве казахстанцев этим удивишь?!
После войны развитие растущего города пошло с удвоенным ускорением. Важнейшим и градообразующим предприятием оставался Ачисайский полиметаллический комбинат, связанный с добычей и обогащением свинцово-цинковых руд.
Но постепенно здесь стали открываться и другие производства, такие как трансформаторный завод, занимающийся выпуском электротехнической продукции; экскаваторный завод, производящий горное и строительное оборудование; предприятия коммунальной и строительной инфраструктуры.
В 1971 году был утвержден генеральный план развития города. Кентау стремительно застраивался многоэтажными жилыми домами, обрастал широкими улицами и проспектами, расцветал зелеными парками и цветниками. Город стал местом притяжения творческой и научно-технической интеллигенции. Кентау состоялся на все сто!
Горняцкий город-сад
О Кентау мне приходилось писать не один раз. Помню, первой была статья, которая называлась «Скорбное слово на тризне», речь там шла о предсмертной агонии некогда цветущего города. Почему меня так ранило это стремительное умирание? Ведь тогда, в середине 90-х, в таком же коматозном состоянии находилась вся страна, корчившаяся в конвульсиях после кардинальных горбачевских перемен.
А дело в том, что в дни моей молодости я там жила и работала в Кентауской музыкальной школе, знавала этот город во времена его процветания и благополучия, запомнила его в буйстве зелени, чистоте и прохладе… А тут вдруг потребовалось всего каких-нибудь пять лет, чтобы загнать его под крышку гроба.
Старожилы еще помнили, как в Кентау из всех городов огромной страны приезжали «ходоки» за передовым горняцким опытом. В «Ачполиметалле» изобрели так называемую «скоростную проходку», которая была, видимо, настолько скоростной, что имена знаменитых горняков-проходчиков все знали наизусть, как имена первых космонавтов.
В городе била ключом спортивная и культурная жизнь. В нем были построены современнейший бассейн всесоюзного значения, две музыкальные школы, Дом пионеров, несколько кинотеатров и лекторий, детско-юношеская спортивная школа. А в грандиозном Дворце культуры давали концерты советские звезды первой величины, в том числе Владимир Высоцкий, Владимир Винокур, поэт Евгений Евтушенко, танцовщик Владимир Шубарин и многие другие.
Может показаться, что я преувеличиваю достоинства Кентау той поры. В молодости все казалось лучше, ярче и свежее. Но, ей Богу, тогда Кентау производил такое впечатление и на тех приезжих, кто по случаю хоть раз в нем побывал. Обычно, по их словам, они слегка напрягались, проезжая сначала Туркестан. Он был в то время исключительно глинобитно-саманным с маленькими «низкорослыми» постройками. Взор не спасал даже величественный мавзолей Ходжи Ахмета Ясави, ибо тот всегда был в перманентном состоянии реставрации. А когда они въезжали в Кентау — не верили глазам своим. Он был, как оазис в пустыне. Это был город-цветник, с любовью приспособленный для благополучной жизни.
Нельзя сказать, что Кентау безропотно смирился с постперестроечными экономическими невзгодами и сложил руки перед неминуемым вымиранием. Нет, кентаусцы всегда были темпераментными и пассионарными. До поры до времени, конечно, они ждали какого-то мирного разрешения своих проблем, но в апреле 1997 года терпение лопнуло. Сначала остановилась работа ТЭЦ-5. 97% персонала теплоэлектростанции вынуждены были уйти в отпуск без содержания. Затем в августе того же года рухнул знаменитый горнодобывающий комбинат «Ачполиметалл». К этому времени горняки уже ничего не добывали. Постановлением Правительства РК было создано республиканское предприятие «Кентауликвидрудник», на которое возложили проведение ликвидации и консервации убыточных рудников и хвостохранилищ (хвосты — это отходы от переработки руды).
И вот в начале октября жители Кентау массово вышли на беспрецедентную акцию. Несколько сотен горняков тогда написали такое заявление начальству: «В связи с невыплатой заработной платы выхожу на марш-протест к Президенту Казахстана».
И действительно вышли. К горнякам солидарно примкнули потерявшие работу и оставшиеся без средств к существованию молодежь, старики, сотрудники ликвидированных детсадов, даже беременные женщины. На пути участников марша выставили кордоны силовых подразделений, но протестующих было уже не остановить. Дальше -хуже. «Мятежники» раскинули палаточный городок в открытой степи возле Туркестана, а 18 октября было принято решение готовиться к зимовке, ибо холода уже давали о себе знать.
11 октября 200 человек объявили голодовку. Эта акция вызвала в то время много шума, ее освещали почти все казахстанские и зарубежные СМИ. Завершился протест вроде бы благополучно: задолженность по зарплате горнякам была погашена. Но что толку? Медленную деградацию города было уже не остановить.
С надеждой на будущее
С тех пор все рудники Кентау прекратили свое существование. Хотя предпринимались какие-то попытки их восстановить.
В 2017 году власти Кентау рассматривали возможности привлечения инвесторов и восстановления горнодобывающей специализации города. В частности, проводились геологоразведочные работы, рассматривались проекты освоения других полиметаллических месторождений. Среди них — месторождения «Смена» и «Хантага». Однако эти попытки не увенчались успехом.
На то было несколько причин и препятствий. Во-первых, высокая стоимость восстановления шахт, оборудования и обогатительных мощностей. Во-вторых, надо было доказать потенциальным инвесторам экономическую целесообразность таких дорогостоящих работ. К тому же, у города до сих пор есть проблемы экологического порядка. Там с советских времен остаются отходы горно-обогатительного производства, что входит в круг забот сегодняшнего дня.
Тем не менее Кентау сегодня прочно держится на плаву и постепенно возвращает себе промышленный статус. Если раньше город жил прежде всего за счет добычи полиметаллических руд, то теперь его экономика опирается на машиностроение, электротехническое производство, выпуск стройматериалов, малый и средний бизнес.
До сир пор сохраняет свое значение Кентауский трансформаторный завод, который по-прежнему обеспечивает рабочими местами инженеров, электриков, сварщиков, слесарей и других технических специалистов. Именно он после закрытия Ачисайского полиметаллического комбината стал основной промышленной экономикой города.
Но кентаусцев и сейчас не покидает вера в счастливое будущее любимого города. В его экономическое возрождение, сравнимое с процветанием былых времен. Предпосылки для этого есть. И дай Бог, чтобы все у них сбылось!
Елена Летягина
