Главная водная артерия Шымкента нуждается в защите. Жители близлежащих домов считают своим долгом сливать зловонные канализационные стоки в Кошкарату. А ответственные лица лишь разводят руками и говорят, что пока навести порядок в этом вопросе они не могут. Максимум, на что способны, — ждать, когда же в районе реки будет проложена централизованная канализация. Вот только гарантии, что жители будут пользоваться ею и оплачивать услуги за отвод сточных вод, никто не дает.
Мы решили полистать законы, постановления и указы, чтобы узнать, какова ширина водоохранной зоны Кошкараты, если она вообще есть. Кстати, для тех, кто не в курсе, поясняем: «Водоохранной зоной является территория, прилегающая к акваториям рек, озер, водохранилищ и оросительно-обводнительных систем, на которой устанавливаются особые условия пользования в целях предупреждения загрязнения, засорения и истощения вод, поддержания их экологической устойчивости и надлежащего санитарного состояния».
Итак, согласно Правилам установления водоохранных зон и полос, утвержденным Постановлением правительства РК еще в 2004 году, «минимальная ширина водоохранных зон по каждому берегу принимается от уреза воды при среднемноголетнем меженном уровне до уреза воды при среднемноголетнем уровне в период половодья (включая пойму реки, надпойменные террасы, крутые склоны коренных берегов, овраги и балки) и плюс следующие дополнительные расстояния:
для малых рек (длиной до 200 км) — 500 м».
Следовательно, водоохранная зона у нашей речки есть и составляет без малого 16 гектаров. В другом подзаконном акте говорится, что в пределах водоохранных зон запрещается:
• проведение авиационно-химических работ;
• применение химических средств борьбы с вредителями, болезнями растений и сорняками;
• использование навозных стоков для удобрения почв;
• размещение складов ядохимикатов, минеральных удобрений и горюче-смазочных материалов, площадок для заправки аппаратуры ядохимикатами, животноводческих комплексов и ферм, мест складирования и захоронения промышленных, бытовых и сельскохозяйственных отходов, кладбищ и скотомогильников, накопителей сточных вод;
• складирование навоза и мусора;
• заправка топливом, мойка и ремонт автомобилей, тракторов и других машин и механизмов;
• размещение дачных и садово-огородных участков при ширине водоохранных зон менее 100 м и крутизне склонов прилегающих территорий более 3 градусов;
• размещение стоянок транспортных средств, в том числе на территориях дачных и садово-огородных участков;
• проведение рубок главного пользования;
• проведение, реконструкции зданий, сооружений, коммуникаций и других объектов, а также работ по добыче полезных ископаемых, землеройных и других работ, без согласования с местными исполнительными органами и уполномоченными органами в области: использования и охраны водного фонда, охраны окружающей среды, управления земельными ресурсами, энергоснабжения и санитарно-эпидемиологического благополучия населения;
• при совпадении водоохранных зон и зон санитарной охраны следует руководствоваться также требованиями санитарных норм и правил.
Но нашим людям, причем как тем, кто сливает стоки в реку, так и тем, кто обязан привлекать к ответственности таких нарушителей, и постановление не указ. Как же иначе понять, что сейчас единственный, кто старается хоть как-то следить за чистотой Кошкараты, это начальник участка реки.
С наступлением весны берега реки покрылись свежей зеленой травой, в прозрачных водоемах плещется некрупная рыба. С раннего утра водные процедуры принимают городские «моржи». Эту идиллию нарушают местные жители, которые, не стесняясь, спускают сточные воды в почитаемый в народе родник.
Мухтар Алимбетов работает в охраняемой зоне реки Кошкараты чуть больше полугода. За это время он в одиночку, своими силами, пытался бороться со зловонными стоками, которые загрязняют реку. Мухтар раздавал листовки и беседовал с местными жителями. Вот только все старания оказались тщетны.
«Я пытался обнаружить сам очаг распространения канализационных вод. Как оказалось, сюда сливают нечистоты около сотни жителей, чьи дома находятся в непосредственной близости от реки. Кто отрывал мне дверь, я просил не сливать воду, но меня не хотят даже слушать. А как известно, один в поле не воин», — говорит Мухтар Алимбетов, начальник участка реки Кошкараты.
О данной проблеме говорят не один год. Одной из причин безответственного поведения местных жителей является отсутствие канализационной системы в этой части города.
Впрочем, просвет в решении этой проблемы, кажется, наметился. В конце прошлого года в этой части города началась прокладка канализационной системы. Всего на строительно-монтажные работы системы было выделено 48 млн. тенге. Подрядчикам предстоит проложить порядка тысячи метров магистрали. Вот только объект этот переходящий. А это значит, зловонные воды придется терпеть как минимум год. А ответственным структурам — полиции и экологам — уже в этом году необходимо найти рычаги воздействия на граждан, загрязняющих главную водную артерию города.
Мы в редакции долго обсуждали эту проблему, надеясь, что в споре родится истина и мы найдем, кто же на самом деле должен следить за состоянием водоохранных зон и привлекать к ответственности нарушителей. И пришли к выводу — никто. Потому что на самом деле их слишком много, а там, где ответственных бывает много, каждый пеняет на своего соседа, но только не на себя: «Водоохранные зоны и полосы и режим хозяйственного использования земель этих зон и полос устанавливаются решениями местных администраций по предложениям государственных органов управления водными ресурсами на основании утвержденной проектной документации, согласованной с органами государственного санитарного надзора, охраны природы, лесного хозяйства, рыбоохраны, землеустроительной службы и селезащиты (в селеопасных районах)».
А пока такая ситуация сохраняется, не исключено, что завтра река, некогда спасавшая город от зноя, станет невольным источником опасной эпидемии.
P.S. Данным материалом мы ни в коей мере не хотели оскорбить чувства тех, кто страдает от действий своих нерадивых соседей, кто, возможно, неоднократно, писал жалобы во всевозможные инстанции и видел, как приходили чиновники, участковые, санэпидемиологи и… уходили, так ничего и не сделав.
