Родители, дети и квартирный вопрос

Во времена написания Иваном Сергеевичем Тургеневым романа «Отцы и дети», квартирный вопрос, видимо, не стоял так остро. Поэтому в названии и нет актуальной сегодня приписки. Конфликт родителей и детей даже в мировоззрении – не новость, он был и всегда будет, но жилье при жизни русского классика не делили. А может и делили, но не в таких масштабах, что стоило об этом писать…

Живет в Шымкенте семья. Обычная. Папа, мама, дети. С виду совершенно приличная. Ну, да, соседи знали о некоторых недостатках, но у каждой семьи свои скелеты в шкафу. Главное, не пьют, не бьют. А некоторые разногласия, так со всеми бывает – жизнь прожить не поле перейти.

А тут, раааааз! И взрыв! И деление небольшой советской трешки…

Уже несколько лет глава семьи Гульзада Абдрашевна живет без мужа. У супруга слишком поздно обнаружили прободную язву. Спасти мужчину не удалось. После похорон, через положенное время Гульзада Абдрашевна обратилась к нотариусу и вступила в права наследства – квартира была оформлена на мужа (он ее еще на предприятии получал, а во время приватизации на семейном совете было решено сделать его единоличным собственником жилья).

На момент смерти отца семейства у Гульзады было трое детей. Старшая дочь – единственная совершеннолетняя Эльмира – написала отказ от наследства в пользу своей сестры. У младшего сына, который на момент смерти папы был еще ребенком, особого совета никто и не спрашивал. Документы были оформлены по умолчанию на супругу умершего, жизнь постепенно наладилась, горе поутихло.

Казалось бы, обычная история. Как у всех. Рано или поздно мы все провожаем в последний путь своих близких – родителей, супругов…

Прошло 20 лет. Дети выросли и разъехались. Девочки вышли замуж и обзавелись детьми. А Гульзада Абдрашевна осталась жить в своей квартире с младшим сыном. Классика жанра. Но история благополучной семьи получила неожиданный поворот.

«Разменивай квартиру и отдай мне половину!» – в один прекрасный момент заявила матери взрослая дочь. – А не захочешь по-хорошему, подам в суд!» Справедливости ради стоит рассказать, что это заявление прозвучало не на пустом месте. Так получилось, что семейная жизнь у Гульмиры не задалась и молодая женщина с ребенком вынуждена была вернуться в родительский дом.

Мама выгонять не стала: «Конечно, живи здесь. В тесноте, да не в обиде…»

«А как это я не пущу? – удивлялась Гульзада Абдрашевна. – Моя же, родная, и малыш родной. Что же, она по квартирам мыкаться должна, если муж непутевый попался? А дома, хоть и одна комната, но ее собственная – платить за нее не надо…»
К тому времени, как Гульмира вернулась в родительский дом, ее младший брат успел жениться и «родить» ребенка. Вот и получилось – в одной комнате молодожены, во второй Гульзада Абдрашевна, а третью получила Гульмира с малышом.

Отношения с младшим братом (с большой разницей в возрасте) у Гульмиры сразу не заладились. Несмотря на то, что мама-пенсионерка продолжала работать, чтобы освободить своих детей от оплаты коммуналки, налогов и частично покупки продуктов, Гульмира считала, что брату уделяется значительно больше внимания, чем ей. Часто взаимные упреки заканчивались скандалами – в семейных баталиях мама становилась меж «воюющих сторон», а потом и вовсе начала закрываться в своей комнате.

Последней каплей в отношениях стало брошенное в сердцах Гульмирой: «Зачем ты его вообще родила??? Всю жизнь нам испортила!»

Гульзада Абдрашевна вышла из своей комнатушки и устало произнесла: «Я у тебя, дочка, забыла спросить, рожать мне ребенка или нет… Не нравится здесь жить, я не держу, двери всегда открыты. Только оставь меня в покое…»

«Разменивай квартиру и отдавай мне половину!» – потребовала Гульмира. Гульзада Абдрашевна ей отказала. А сама напилась лекарств от давления, отлежалась и отправилась к юристу на консультацию. У женщины даже в голове не укладывалось, каким образом дочь может потребовать свою долю, пока она – хозяйка квартиры – жива и в добром здравии…

Как оказалось, может. Именно в случае Гульзады Абдрашевны.

«Квартира была оформлена на супруга женщины, поэтому в наследственной части есть определенные нюансы, – прокомментировал квартирный вопрос юрист-правозащитник Хамзахан Абдурасулов. – В конкретном случае заставить продать квартиру и разделить ее на доли никто не сможет, нет оснований для принудительной продажи. Выделить долю – это да».

Как пояснил юрист, раз не было завещания, то 50% собственности по праву принадлежит супруге умершего, как обязательная супружеская доля. Вторые 50% квартиры делятся между супругой и детьми в равных долях. Получается по 12,5% от половины на каждого. Итого, у супруги выходит 62,5%, у каждого из детей по 12,5%. Раз старшая дочь отказалась от своей доли наследства, а младший сын готов передать свою долю матери, то выходит 75% у мамы против 25% у дочери.

Выделить отдельную четверть жилья в трехкомнатной квартире, в принципе, возможно, но продать ее просто нереально. Как и заставить хозяйку квартиры продать жилье целиком и отдать 25% от стоимости.

Раздел имуществаКак поступать в таком случае?

«Дождаться реализации угрозы подать в суд, – отвечает юрист. – При правильном оформлении всех документов, вернее, при подаче полного пакета документов, который требуется суду, последний выделит долю дочери из общего наследства. Согласно закону, она обязана будет предложить остальным владельцам долей выкупить ее долю. Это закон, и первоочередность предложения не обсуждается».

Сособственник, выделяя свою долю в общей массе совместного имущества, становится участником долевой собственности, но если его доля, скажем, ничтожно мала, а он требует выделения ее в натуре, что делать нецелесообразно, то оставшиеся участники совместного имущества должны выплатить ему денежную стоимость его доли. Разумеется, при этом выделенная доля «приобщается» к их имуществу в равных частях.

«Когда судом будет проведена оценка имущества и выделена доля дочери, маме придется выплатить назначенную сумму, – добавил Хамзахан Абдурасулов. – Эта доля перейдет ей и дочери, ни та, которая отказалась от доли в наследстве в пользу сестры, ни та, которая выделила свою долю, не смогут больше претендовать на эту квартиру. И в будущем не имеют права оспорить завещание, составленное Гульзадой Абдрашевной на кого бы то ни было…»

История Гульзады Абдрашевны не исключение. Подобные истории юристы выслушивают практически каждый день. Помочь разрешить квартирный вопрос с юридической точки зрения, как говорят юристы, труда не составляет. А вот лечить душевные раны, нанесенные пресловутым квартирным вопросом, юристам не под силу.

Подготовила Елена Бояршинова