Генералы гравийных карьеров

​Ковш экскаватора снова и снова вгрызается в берег, вынимая очередную порцию гравия вперемежку с песком. С каждым КамАЗом добытых инертных материалов прибыль предпринимателя увеличивается, а раны Боралдая становятся все глубже, неумолимо приближая реку к точке невозврата, пишет Кazpravda.kz.

Карьер на реке

Смотреть на эти кадры без содрогания невозможно. На видео, снятом при помощи дрона учредителем и руководителем частного экологического фонда «ЭКО ОКО» Константином Подуш­киным, хорошо виден весь масштаб разработки карьера, разбитого непосредственно в русле реки Боралдай.

Между тем в соответствии со статьей 125 Водного кодекса РК в пределах водоохранных полос добыча полезных ископаемых запрещена.

Чуть выше по течению реки от того места, где сейчас стоит экскаватор, в результате забора гравия образовалась огромная пустая выемка. Воды здесь уже нет, она ушла вниз под гравий по развороченному дну…

Точно так же с высоты птичьего полета легко рассмотреть, во что превратилась прибрежная зона, используемая предпринимателем для сброса отходов, образуемых при промывке песчано-гравийной смеси без обустройства специального отстойника. Грязь сливают прямо на ландшафт, она растекается вокруг, затапливая окрестнос­ти вязкой жижей, через которую невозможно подойти к берегу реки.

Река, берущая начало на склонах хребта Боралдайтау в Жамбылской области, протекает практически за огородами аула Кок-тобе и без преувеличения является главной достопримечательностью населенного пункта. Прохладный чистый воздух, рыбалка, купание, луга на берегу, полив – все это Боралдай, без которого люди не представляют свою жизнь, связанную в основном с занятием земледелием и животноводством.

Десять лет назад мирное течение жизни в ауле, расположенном на пологом правом берегу Боралдая, нарушилось, а несколько сот семей в буквальном смысле слова потеряли покой и сон.

– Добыча песка и гравия ведется круглые сутки с ранней весны и до поздней осени, а всю зиму гравий перерабатывают и, естественно, продают, – говорит местный житель Мурат Ахметов. – Грохот стоит днем и ночью. Видите, какая гора гравия заготовлена? Масштабы добычи огромные. К зиме активно готовятся!

Мурат Ахметов – один из неравнодушных жителей Кок-тобе, тот, кто не желает мириться с происходящим. Таким, как он, не по душе, что реке, на берегу которой они выросли, которая кормит и поит весь аул, фактически объявлена война…

– Русло вниз по течению от карьера полностью осталось без воды, – Константин Подуш­кин предлагает мне прогуляться по тем местам, где раньше была река. – Живительная влага исчезла, природе нанесен колоссальный ущерб, меняется экосистема. Тут никакими миллионами тенге не оценить ущерб! Именно по этому отрезку водного источника раньше шел на нерест из Арыси в верховья Боралдая краснокнижный туркестанский усач, оказавшийся под угрозой полного исчезновения. Теперь воды Боралдая километров на десять не доходят до места слияния с рекой Арысь.

Мы прошли с общественным защитником природы по Боралдаю несколько километров. По гравийному руслу, ведь река стоит без воды. И эта экскурсия позволила мне в полной мере осознать, чем чревато потребительское отношение человека к природе. И еще больше проникнуться болью жителей Кок-тобе, вставших на защиту Боралдая.

Всех в суд!

– Меня они пытались засудить за то, что я добиваюсь закрытия карьера, – рассказывает Мурат Ахметов. – Состоялся районный суд, потом меня в Шымкент пригла­шали. Затем вдруг все затихло, вроде как руководство ТОО «Тұмар-ХХI» отозвало свой иск. И я не один такой, кого подобным способом пытаются заставить замолчать. Только так расцениваю действия этих людей. Но у них ничего не получится: они пришлые, разрушат нашу реку и уйдут на другое место, а нам и нашим детям здесь жить.

Совершенно очевидно, считает мужчина, что добыча инертных материалов ведется незаконно. Вот почему только этого конт­ролирующие органы не хотят замечать?

– На днях в аул приезжал специалист кадастрового отдела, – говорит он. – Показал вот эту карту и нам оставил один ее экземпляр. Смотрите: добыча гравия ведется здесь, а по карте выделенные для этого 17 гектаров расположены ниже по течению. Те же полтора гектара, где завод по переработке обустроен, якобы под гараж предназначались.

Местные жители рассказывают, что из-за промышленных масштабов добычи гравия в русле реки выше по течению упал уровень воды. И теперь поливные арыки, через которые вода из Боралдая шла на полив земель, почти иссякли. Живительная влага не доходит до полей, и многие земледельцы вынуждены менять структуру посевов, высаживая вместо привычных овощей кукурузу и клевер.

– Пожухли поля, сохнут огороды, – сетует руководитель крестьянского хозяйства Жайык Бимат. – Да что там поля, если даже из колодцев вода уходит. Раньше она находилась на глубине 4–5 метров, а теперь надо 9–10 копать, чтобы дойти до водоносного слоя. И все происходит на наших глазах.

То, что люди запуганы, стало ясно при общении с педагогами местной школы. Один из учителей, преподающий предмет, напрямую связанный с историей и природой родного края, возмущался происходящим на реке. И даже сказал, что о добыче речного гравия часто говорит детям на уроках, приводя данный факт как пример того, чего делать ни в коем случае нельзя.

При этом педагог с многолетним стажем отказался называть свою фамилию, честно признавшись, что не хочет проблем, а уж тем более вызовов в прокуратуру и суды, через которые прошли его земляки.

В какой-то мере мне понятна позиция учителя, хотя ее и не разделяю. Я еще собирала материалы для подготовки публикации о добыче гравия на берегу Боралдая, слала журналистские запросы и встречалась с местными жителями, а руководитель ТОО «Тұмар-ХХI» Медельхан Исахов уже отправил в редакцию «Казахстанской правды» письмо. Там содержится такая просьба: «…принять меры по моему письму, чтобы мне не мешали, иначе я буду вынужден обратиться в правоохранительные органы».

Кому закон не писан?

«Я готов в любой момент и в любой инстанции доказать свою правоту и законность работы моего предприятия», – этой фразой Медельхан Исахов завершает свое письмо в редакцию. Хотя двумя абзацами выше он же сам, перечисляя документы, на основании которых ведется разработка карьера, пишет, что у него среди прочего имеется «разрешение на эмиссии в окружающую среду за № KZ47VCZ00022I46 oт 06.06.2014 года пo 31.12.2018 г.».

Обратите внимание на даты. То есть он и сам призна­ет: срок действия разрешения на эмиссию в окружаю­щую среду давно истек. Даже если закрыть глаза на то, что добыча гравия по закону не может производиться ближе чем в 35 м от берега реки, то получается, что как минимум 9 месяцев ТОО «Тұмар-ХХI» вообще не имело права работать?

«Как ты мне вопрос можешь такой задавать? Ты кто вообще? А?», – услышала я от Медельхана Исахова в ответ на просьбу прокомментировать, как может вестись добыча гравия в русле реки, да еще и без разрешения на эмиссию в окружающую среду. В ответ Медельхан Саханович посоветовал мне обратиться в Центр правовой статистики и с этим «актом» приходить к нему, чтобы получить ответ на свой вопрос. И, пригрозив подать в суд, мой собеседник прервал телефонный разговор.

О том, что добыча песчано-гравийной смеси ТОО «Тұмар-ХХI» ведется без положительного заключения государственной экологической экспертизы и разрешения на эмиссии в окружающую среду, осведомлены и в департаменте экологии по Туркестанской области. Там сообщили, что в период с 15 по 17 июля текущего года проведена внеплановая проверка ТОО «Тұмар-ХХI», в ходе которой выявлено: предприятие проводит на карьере работы по добыче песчано-гравийной смеси без положительного зак­лючения государственной экологической экспертизы и разрешения на эмиссии в окружающую среду.

За несоблюдение требований Экологического кодекса ТОО «Тұмар-ХХI» привлечено к административной ответственности. На него наложен штраф в размере 75 750 тенге. Кроме того, за то, что, «несмотря на временное приостановление действия контракта на недропользование, произведена добыча 200–300 кубометров песчано-гравийной смеси, юридическое лицо привле­чено к административной ответственности» и оштра­фовано на 123 250 тенге.

Эти 2 штрафа компания согласилась оплатить добровольно… То есть фактически признала претензии?

Спустя месяц департамент экологии направил в адрес ТОО «Тұмар-ХХІ» предписание о возмещении ущерба окружающей среде в части загрязнения атмосферного воздуха на сумму 178 270 тенге и о возмещении ущерба окружающей среде в результате добычи песчано-гравийной смеси на сумму 2 241 600 тенге. Эти штрафы ТОО платить отказалось, инициировав судебный процесс, который длится до сих пор.

Работа без положительного заключения государственной экологической экспертизы и разрешения на эмиссии в окружающую среду – не единственное нарушение со стороны ТОО «Тұмар-ХХI».

«В связи с тем, что угловые точки горного отвода ТОО «Тұмар-ХХI» расположены в водоохранной полосе реки Боралдай, управлением природных ресурсов и регулирования природопользования Туркестан­ской области направлено уведомление № 27-06-16⁄795 от 03.03.2018 г. о необходимости вывода угловых точек горного отвода за пределы водоохранных полос. Однако в связи с невыполнением указанных требований управлением приос­тановлено действие контракта ТОО «Тумар-ХХI», – сообщил в письменном ответе на журналистский запрос специализированный природоохранный прокурор Туркестанской облас­ти Серик Абдиев.

– Им эту землю дали, полтора гектара и 17 гектаров, – комментирует ситуацию заместитель акима Ордабасынского района Ансарбек Абдикулов. – В конце прошлого года все сроки истек­ли. Как таковой добычи там не должно быть. Контракт сейчас не действует. Сегодня они, получается, «внаглую» работают.

Неделю назад на берегу Боралдая побывал начальник областного департамента экологии Имангельды Туймебаев. Видео с его комментарием 26 сентября опубликовала на своем сайте пресс-служба Комитета экологического регулирования и контроля Министерства экологии, геологии и природных ресурсов РК, сообщив, что деятельность предприятия приос­тановлена.

Когда этот материал об экологической катастрофе, грозящей реке и аулу, уже был готов к печати, я в минувший вторник снова связалась с жителями аула Кок-тобе. Позвонила, чтобы узнать, изменилась ли ситуация после «шума», вызванного публикацией ролика ЧЭФ «ЭКО ОКО» в социальных сетях? Остановлена ли добыча инертных материалов в русле Боралдая или даже после того, как главный эколог области свои­ми глазами увидел происходящее, все осталось по-прежнему?

– О, еще как работают, приезжайте, мы готовы всем аулом выйти, чтобы выразить свой протест, – так ответил на мой вопрос местный житель Жайык Бимат. – Еще больше активизировались, видимо, наверстывают упущенную за несколько дней простоя выгоду. Мы уже привыкли к тому, что перед приездом комиссий на карьере все зачищают, как будто не работают, а потом снова продолжают свое дело.

– Поймите, мы не можем круг­лые сутки стоять и сторожить. Это задача полиции – противодействовать незаконной работе карьера. Очень тяжело с ними, – так прокомментировал последнюю информацию с берега Боралдая один из сотрудников областного департамента экологии.

Учитывая, что местные уполномоченные и контролирующие органы на протяжении нескольких лет не могут найти управу на предпринимателя, ведущего незаконную добычу инертных материалов на карьере­, обустроенном в русле, просим Министерство экологии, геологии и природных ресурсов, а также Генеральную прокуратуру считать данную публикацию журналистским запросом и вмешаться в ситуацию.

Любовь Доброта