По мнению психологов, причины многих наших проблем «родом из детства». Мол, недолюбили, обделили в том-то, обидели там-то, не купили то-то, оскорбили взглядом, жестом, словом, невниманием…

Возможно, это и так, не смею оспаривать этого мнения.
А как быть человеку, с самого своего рождения попавшему под гиперопеку родителей? В основном суперопекунами выступают мамы. Скажете, что это другая крайность? Да, это так.

Я знакома с несколькими заботливыми мамами, которые буквально, как наседки, ходят за своим ребенком, не выпуская его не то что из поля зрения, а зачастую не спуская свое чадо с рук. Да, сначала водят за ручку по всем комнатам, потом по всем тропинкам-дорожкам. Чего боятся? Что упадет? Конечно, так и будет. Ребенок должен падать и учиться вставать самостоятельно. Падать и вставать, затем снова падать и вставать.

Или вот еще: кипятят, дезинфицируют все, что гипотетически ребенок может засунуть себе в рот. Чистоплотность – прекрасное качество, но и тут должна быть мера. Как говорится, все должно быть в пределах разумного.

Многие современные мамы из дома выходят экипированными настолько, словно собрались в дальний поход: в сумке запас антибактериальных салфеток, памперсов, кремов, пластырей, воды, сосок, игрушек. Чуть подрос – наколенники, нарукавники, шлемы и прочие средства защиты. Все правильно. Просто в один прекрасный или не очень момент ребенку понадобится совсем другое – не подушка безопасности, а умение выстраивать нормальные отношения с ровесниками, не гигиеническая салфетка, а умение сказать «нет», и сила воли обойти, а лучше – не попасть в токсичную ситуацию, компанию.

Гиперопекая своих детей, боясь за их физическое благополучие, родители эгоистично «привязывают» их к себе. Манипулируя их чувствами, навязывая им комплекс вины, они стараются не отпускать своих выросших детей, держат их при себе. А детям такое общение в тягость.

Родители таких подросших детей идут еще дальше: контролируют круг их общения, пресекают любые попытки самостоятельных решений.

Недавно в Шымкенте в один день при невыясненных обстоятельствах погибла семья – мать и сын. Ей было 72, сыну – 44 года. Я была знакома с ними. Сын ни дня не прожил без опеки матери. Это его тяготило. А когда подрос, то стал сопротивляться, уходил, даже хотел уехать, но она не дала ему этого сделать. Манипулировала: «Ой, как я без тебя. Ой, у меня давление, ой, у меня слабость, глаза (простуда, приступ, зубы, почки, печень, сердце, легкие…)». Все что угодно, в зависимости от сезона погоды.

А сын научился снимать напряжение спиртным. Мать кидалась к знакомым: «Вразумите Коленьку, ведь так нельзя!» И не понимала, что сама психологически задавила его.
Началось все с 90-х. Когда были долгие перебои с электричеством, Коля купил движок. Попытался проявить себя мужчиной, хозяином дома. Запускал движок, и в квартире появлялся свет, включался холодильник, стиральная машинка, пылесос. Правда, он здорово тарахтел на балконе, но… Надо было чем-то поступиться. Терпения матери хватило на пару дней. Потом она сыну плешь проела, пока он не вернул движок обратно продавцам.

Однажды ей захотелось, чтоб он над окнами установил карнизы: квартира выходила на солнечную сторону. «Мне солнце мешает», – заявила она. Сын расстарался для мамы. Карнизы получились на славу, из хорошего пластика. Он прикрутил их на прочный металлический каркас. А затем с риском для жизни установил карнизы над окнами. Любо-дорого было посмотреть. Солнце, действительно, перестало слепить глаза. Сын и мать гордились друг другом. Это взаимное умиление длилось до осени, ровно до первого дождя, хлынувшего однажды ночью. Наутро мать вышла из спальни с перевязанной полотенцем головой: «Сними этот дурацкий карниз! Дождь всю ночь колотил по нему, я не могла заснуть! Я так с ума могу сойти».

Были и другие ситуации: с ремонтом машинки, побелкой потолка, после которых Коля зарекся делать что-то по дому. НЕ БУДУ! И все. Но и это еще не все. Когда он уходил на дискотеку, она звонила диджею и искала его. Подарки девушке он прятал у соседей, она не разрешала ему встречаться с подругами…

Про алкоголь помните, да? В нем он находил спасение. Друзей в дом не приведи, девушку-женщину – тем более. Приятель, работавший в Западном Казахстане, предложил Коле работу вахтовым методом. Электриком, как раз по его профессии. Была перспектива роста. Это не устроило его маму. Вскоре одна из попоек Коли завершилась лечением в наркологии. Мать сама поставила сына на учет. После лечения он должен был ежемесячно отмечаться. Сняться с наркоучета можно было только спустя год примерного трезвого поведения. Приятель терпеливо ждал Колю. Приезжая с вахты домой, созванивался с ним. И тот ждал окончания срока наркоучета. Когда стал приближаться долгожданный срок, мать спровоцировала семейный конфликт, и Коля сорвался, выпил. Мать вызвала санитаров. Срок обнулился.

…До слез обидно, что сын так и не пожил для себя. Жизнь положил на мать, на потакание ее капризам. «Самостоятельной жизни захотел? Только через мой труп!» – восклицала временами она. Но даже и так не вышло. Хоронили обоих, в один день…
К чему это разговор? А к тому, что надо отпускать детей. У них есть право на устройство собственной жизни. И они должны его реализовать.

Да, надо контролировать, но только до определенного возраста, лет до 16-18, а дальше только направлять, помогать, советы и помощь – только по необходимости, не контролировать и не давить. Должны быть свои ошибки у ребенка, и своя жизнь у родителей.

А вы как считаете? Можете поделиться своим мнением.

Фарида ШАРАФУТДИНОВА