У истоков цифровизации стоял наш земляк Калдыбай Бектаев

318

«Практическая, прикладная цифровизация – наша стратегическая задача и государственный приоритет». Президент Республики Казахстан Касым-Жомарт Токаев

Памяти ученого
Просто набирая в поисковике Interneta ключевые слова для нахождения нужной информации из миллионов страниц или срочно переводя текст в Google с казахского на русский и наоборот, мало кто задумывается или знает, что одним из первых в сфере информатизации и цифровых технологий в Казахстане и СССР был выдающийся ученый, академик Калдыбай Бектаевич Бектаев.

Сегодня спустя неделю Дня работников цифровизации и информационных технологий, который в Казахстане впервые отметили 10 ноября (постановление подписано премьер-министром), мы вспоминаем с глубокой признательностью и благодарностью имя ученого – одного из основоположников математической и инженерной лингвистики.

Его имя и список научных трудов включены во Всемирную энциклопедию замечательных людей, он почетный член Кембриджского биографического центра за научные достижения (Великобритания), а в математической лингвистике используется международный термин «эффект Бектаева»: им обнаружены определенные закономерности языков, связанные с частотностью распределения разных классов слов.

Калдыбай Бектаевич Бектаев опубликовал 12 одноязычных и двуязычных словарей, им написано несколько монографий по статистико-информационным и математическим методам в языкознании. В сложнейшие для науки и экономики 1990-е годы он создал «Большой казахско-русский и русско-казахский словарь» – пока единственный и уникальный в своем роде, включающий, кроме лексики трех стилей, термины точных наук, что очень важно для развития интеллектуального потенциала страны.

Он организовал и возглавлял группу «Статистико-лингвистические исследования и автоматизация» в Институте языкознания АН КазССР. Был членом координационного совета по машинному переводу при Госкомитете СССР по науке и технике (орган госуправления СССР, проводивший государственную политику в сфере научно-технической деятельности, – ГКНТ СМ СССР).

Два гения – профессор Калдыбай Бектаевич Бектаев и профессор Раймонд Генрихович Пиотровский – руководили общесоюзной группой «Статистика речи». Попутная справка о Р. Пиотровском: это советский и российский лингвист-романист, специалист в области прикладной и квантитативной лингвистики. Доктор филологических наук, профессор РГПУ имени А. Герцена. Научный руководитель группы по созданию многоязыковой коммерческой системы машинного перевода в Советском Союзе.

Калдыбай Бектаев был первым руководителем координационного и головного центра Машинного фонда тюркских языков. Калдыбай Бектаев и Раймонд Пиотровский оставили яркий след в науке и внесли огромный вклад в развитие информационных технологий обработки текста еще в то время, когда о компьютерах на ладони и сенсорной клавиатуре даже фантасты не осмеливались мечтать. Компьютеры тогда еще назывались ЭВМ и занимали целые аудитории, тексты «набивались» на перфораторах (своего рода «клава» того времени), которые громыхали, как танки, текст вычитывался с километров узеньких лент. А сейчас бесшумно набираем поиск нужной информации в интернете и за полсекунды кнопкой Delete исправляем опечатку.

В то далекое студенческое время начала 1970-х годов я не придала особого значения условиям отбора ученым своих учеников: трудолюбие, терпение, интеллектуальный уровень считались само собой разумеющимися. Увлекаясь и литературой, и философией, и теорией языка, с энтузиазмом студентки-второкурсницы я взялась за составление словаря и изучение новой в то время статистической лексикографии. Калдыбай Бектаев предложил для моей дипломной работы совершенно новую тему в лингвистике.

Без ложной скромности отмечу, что работа заняла первое место в республиканском конкурсе студенческих научных работ, и это только его заслуга. Его замечания были лаконичны и четки. Машинный перевод, статистика речи, искусственный интеллект, информационная энтропия текста, тезаурусы… Термины завораживали. Я чувствовала себя приобщенной к некоему таинству науки. И только позже поняла, что многое могло бы так и остаться «таинством», если бы не следовала его принципам трудолюбия и терпения.

Калдыбай Бектаевич просматривал мои исписанные страницы и отчитывал меня за небрежность, малый объем работы. Не уставая, повторял: «Работай и читай». Тогда мне трудно было понять требовательность ученого. Обычная курсовая, думалось, вместо 25-30 страниц материала – сотни черновиков, сложные для филолога и экзотичные тогда термины, понятия и многое другое. А он сказал: «Не имеешь права не работать». Для нас уже привычны компьютеры и другие гаджеты, а тогда ЭВМ были редкостью даже в солидных учреждениях. Но ученый был прозорлив, он смотрел на десятилетия вперед.

Впервые я осознала, что он не просто профессор, руководитель научной работы, а авторитетнейший в мировом научном сообществе ученый, талантливый организатор научных исследований, первопроходец в совершенно новых областях знаний, когда он выступал на первой в моей жизни международной конференции. В Москву приехали ученые из Ленинграда, Киева и других городов Союза, Америки и Европы. В зале стоял обычный ненавязчивый гул голосов, коллеги знакомились, обменивались мнениями, иностранные ученые примеривали наушники для синхронного перевода. И вдруг все разом смолкло. Наступила странная тишина. За трибуну встал Калдыбай Бектаевич и спокойно, с улыбкой, рассказывал, не читал с листов, а именно рассказывал, как о чем-то всем известном: о вероятностной статистике, математической лингвистике, машинном переводе, перспективах исследований.

Переполненный зал заседаний слушал ученого с удивительным вниманием и уважением, к идеям которого в родном Казахстане коллеги относились довольно прохладно. Но благодаря именно его пожизненному трудолюбию, грандиозному таланту малоизвестный провинциальный пединститут на юге Казахстана, небольшая лаборатория «Машинный перевод», название города Чимкента стали символами одного из передовых научных центров.

Уникальные исследования по статистике тюркоязычных текстов и тюркологии, математической лингвистике, машинному переводу, теории вероятностей, статистической лексикографии впервые проводились под руководством двух выдающихся ученых: Калдыбая Бектаева и Раймонда Пиотровского. Новым было также необычное сочетание даже для современности его ученая степень и звание: профессор математики и доктор филологических наук. Но никогда он не позволял себе почивать на лаврах.

Постоянное и разностороннее самосовершенствование были, наверное, смыслом его жизни. Характер его закалялся на фронтах Великой Отечественной войны и в сложное послевоенное время. Незаурядная личность Калдыбая Бектаева была образцом для подражания. Словами поэта о нем можно сказать: «Только тот, кто страдал, способен умудриться душой», так как жизненный и творческий путь его был нелегким, но никто не видел его хмурым, ведь у него не было времени для уныния, он все время над чем-то размышлял с методичностью шахматиста.
Он был очень общительным, завидным семьянином, супруга и дети тоже стали математиками, в семье – полное взаимопонимание.

Дома часто можно было видеть его с книгой в одной руке и с кем-нибудь из внучат – в другой. Что интересно, непоседы-внуки на его руках затихали и с любопытством заглядывали на страницы книг. Любил добрые застолья с родственниками, друзьями, коллегами, был прекрасным собеседником. Моменты недолгого отдыха сменялись тысячами часов увлеченной работы. Круг его интересов был чрезвычайно широк, кроме математики и лингвистики, это история Казахстана и тюрков, литература, поэзия, публицистика, шахматы и многое другое.

Ученый Калдыбай Бектаевич был очень богатым человеком, но не в меркантильном плане, а в духовном. У него было много друзей-коллег по всему бывшему Союзу и за рубежом, все они с завидным единодушием относились к нему с глубоким уважением. Студенты и аспиранты, которым он открыл сложный и прекрасный мир науки, искренне любили его и были признательны за то, что он бескорыстно делился своими знаниями и опытом. Если Калдыбай Бектаевич в чем-то сомневался, он честно говорил, что необходимо обратиться к коллегам за консультацией и сразу писал рекомендательную записку или звонил.

Его рекомендация была волшебной палочкой, которая открывала двери в другие сокровищницы. Он мог просто и естественно, если считал нужным, познакомить молодого соискателя и маститого ученого. Так, профессор Калдыбай Бектаев познакомил меня на выпускном курсе института с известными петербургскими, московскими учеными, профессорами и докторами наук Р.Г. Пиотровским, Л.Н. Беляевой, П.М. Алексеевым, Е.А. Шингаревой и многими другими. Все, кому посчастливилось общаться с ним, всегда чувствовали его обаяние.

Как никто другой, а может, как все великие, он умел поддержать и поверить в свои силы. Когда у меня опускались руки перед огромным объемом работы (минимальный объем текстов для обработки и экспериментов должен был быть не менее полумиллиона слов, который сам же набиваешь на перфораторе и редактируешь), он говорил: «Не имеешь права, соберись и работай, я знаю, ты можешь».

В наше время экономического прозрения впервые задумываешься над тем, в каких жестких условиях приходилось работать ему. Ведь его лаборатория почти полностью и всегда была хозрасчетной, то есть самоокупаемой. Исследовательские заказы инвесторов были из кабинетов определенного характера, так как информатизация была не просто теоретической наукой, а имела важное для страны стратегическое значение. В этом проявлялась еще одна грань его кристальной души и принципиального характера: не быть обузой для государства, а помочь нашей системе, мягко говоря, финансово бедного образования и науки.

Были и неприятные моменты в его жизни, когда посредственные и ограниченные завистники пытались принизить его талант и заслуги перед наукой, когда не все понимали щедрость его души. Скорее всего, за него больше переживали и болели его близкие и ученики. Но он был благороден и умел прощать, не обращать внимания на мелкую суету серости. Это еще более возвышало его в глазах современников.

Всемирное признание ученого, его заслуг и таланта, публикации не только в республике, но и за рубежом в авторитетных академических изданиях, учебники и словари, по которым учатся в школах, вузах, аспирантуре, которые изучают иностранные ученые, – все это заставило соотечественников по-другому взглянуть на скромного в общении, большого ученого и настоящего патриота Казахстана.

Его именем названы улица и школа, он поистине настоящий почетный гражданин города Шымкента и Казахстана. Полвека для истории мгновение, а для науки целая эпоха. Не могу забыть его фразы во время нашей, как оказалось, последней встречи: «Не имеешь права не работать».

Для ученого такого масштаба он прожил несправедливо недолго, он был полон планов и идей. Еще только ставились вопросы о «трансплантации естественного языка на последовательно-алгоритмический субстрат компьютера» (Р.Г. Пиотровский), фреймов в семантике, процессов обработки языка и речи в «черном ящике» – мозге человека, термины «нейролингвистика» и «синергетика» в лингвистической науке и другие достижения информационных технологий только входили в обиход. Академики Калдыбай Бектаев и Раймонд Пиотровский уже тогда видели перспективы развития в области цифровизации и информационных технологий.

Так что, уважаемый читатель, легко набирая на клавиатуре компьютера или телефона перевод или значение какого-либо слова или текста из казнета и инета, мы должны помнить, что легкости и простоте применения цифровых технологий в повседневной жизни обязаны открытиям и трудам великого Ученого – нашего соотечественника – Калдыбая Бектаевича Бектаева.

P.S. На днях была в пединституте, где 50 лет трудился К. Б. Бектаев. У входа в университет была мемориальная доска, когда-то был кабинет с его книгами, которые подарила его семья, награды, дипломы и сертификаты зарубежных научных центров и университетов, фото. Мемориальную доску убрали, кабинет ликвидировали, книги, портреты и фото потеряли, в библиотеке университета в каталоге только две (!!!) книги Бектаева, оставили лишь табличку с его именем на двери кабинета информатики, но в аудитории нет даже портрета или хотя бы краткой биографии ученого.

Проректор сказала мне, что ко дню рождения академика собираются что-то провести, что во время реформирования университета все было утеряно. Очень показательно к 75-летнему дню рождения университета, так они «помнят» выдающегося Ученого, которого коллеги и ученики до сих пор помнят и уважают, в том числе за рубежом.

Раушан КОЖАМБЕРДИНА, кандидат филологических наук, доцент

 

Его труды продолжают жить
«Слово об ученом. Он навсегда остался в памяти… вечно спешащим, энергичным, увлеченным, чрезвычайно активным и жизнерадостным человеком. Он торопился жить, торопился работать, торопился совершать открытия, помогать всем своей доброй поддержкой, советом и дельным участием.

Он опережал свое время. Тогда еще не только не было одобрения сверху таким начинаниям, но и почти отсутствовало в научном кругу понимание сути проблемы. Но… ему удалось создать мощную собственную научную школу математической лингвистики.

Он всегда действовал масштабно. Создание программы Машинного фонда тюркских языков – уникальной гиперсистемы со множеством уровней и ярусов – проблема чрезвычайно актуальная, …тюркские государства явственно ощутили необходимость и потребность унификации терминосистем, систем литературных языковых норм, взаимно адаптиностилексико-графических данных, создания баз данных по общей истории тюркских языков, начиная с праязыковых стадий и кончая современными конкретными тюркскими языками.

Он работал больше и лучше других. Он был не просто душой компании, средоточием внимания и генератором идей, нет – он был гораздо больше и значительнее этого: он всегда и во всем был живым образцом трудолюбия и энтузиазма. Он работал за всех и больше всех. Он отдыхал в работе. Жил в работе, творил в работе…

Словарь, который мы держим в своих руках, – нагляднейшее подтверждение вышесказанному. Не в укор его коллегам-лингвистам – он один сделал то, над чем безуспешно билось и продолжает плодотворно работать несколько поколений отечественных ученых языковедов.
Словарь представляет собой частичную презентацию уникальной программы, которая в последующем может и будет развиваться и совершенствоваться до бесконечности. И это делает его поистине бесценным.

Труды Калдыбая Бектаевича не только продолжают жить своей жизнью, они заведомо наделены способностью вечного совершенствования и доразвития, они так спрограммированы изначально.

Человек-эпоха. Он был до неприличия скромен, доступен и прост в быту и общении. До неузнаваемости нескромен, принципиален и самоуверен в работе.
Его научные идеи, концепция, методология – это наука завтрашнего дня. Нам еще предстоит до конца понять то огромное везение, которое нам уготовила судьба, людям, которые знали и общались с Калдыбаем Бектаевичем Бектаевым».

Олжас СУЛЕЙМЕНОВ, предисловие к «Большому казахско-русскому и русско-казахскому словарю» (г. Астана, 2007 г.)

Устами коллег

«Вероятностные моделирование речи и текста и статистические методы в лингвистике, которые разработали Р.Г. Пиотровский и К.Б. Бектаев, актуальны и сегодня при определении объема текста для конкретного языка, тот минимум, на котором можно получить достоверные данные.
Сегодня мы опять приходим к тем статистическим оценкам, которые установили Р.Г. Пиотровский и К.Б. Бектаев, при отборе массива текстов, при составлении автоматических словарей».

Л. БЕЛЯЕВА, доктор филологических наук, академик РАЕН РФ, профессор кафедры образовательных технологий РГПУ им. А. Герцена, заслуженный деятель науки РФ, Санкт-Петербург.

«…Изначально и инженерные лингвисты-структуралисты, и математики зависят от компьютера, которому принадлежит власть. Просто математиков «властный» компьютер понимает и слушается, а лингвистов – нет. Но их союз необходим, это они стояли у истоков инженерной лингвистики – лингвист Р. Г. Пиотровский и математик К. Б. Бектаев…».

Е. ШИНГАРЕВА-СЛАВИНА, доктор филологических наук, профессор славистики и литературы Центра информатики, Сорбонна, Париж, Франция.

«Всесоюзная группа «Статистика речи» и «Машинный перевод» представляла собой неформальные коллективы в вузах и академических институтах страны, работающие в рамках неофициальной науки неприоритетных направлений (т.е. не получали за это денег), не имея ни финансовой, ни материально-технической поддержки, исследования велись через диссертационные исследования либо на основе инициативного хозрасчета (хоздоговоры)».

А. ПИОТРОВСКАЯ, инженер-программист, Санкт-Петербург.

Справочно: Калдыбай Бектаевич Бектаев родился 27 ноября 1920 года в селе Чубаровка (ныне село Чубар) Ордабасинского района ЮКО.
В 1941-1945 годы участвовал в Великой Отечественной войне.
В 1946-1996 годы преподавал и вел научную деятельность в Шымкентском педагогическом институте (ныне Международный казахско-турецкий университет им. Х. А. Ясави), а также был заведующим кафедрой математики и информатики.

Организовал и возглавлял группу «Статистико-лингвистические исследования и автоматизация» в Институте языкознания АН КазССР. Был членом координационного совета по машинному переводу при ГКНТ СМ СССР.

Совместно с Раймондом Генриховичем Пиотровским руководил общесоюзной группой «Статистика речи», а также был первым руководителем координационного и головного центра Машинного фонда тюркских языков. Умер ученый 16 октября 1996 года в Шымкенте.

Звания
За годы своей деятельности Калдыбай Бектаев получил множество званий: доктор филологических наук, профессор математики, заслуженный деятель науки Республики Казахстан, академик Международной академии информатизации, почетный член Кембриджского биографического центра и др.

Основные опубликованные работы:
* «Статистико-информационная типология тюркского текста» (1978 г.);
* «Теория вероятностей и математическая статистика» – учебник на казахском языке (1990 г.);
* «Русско-казахский математический словарь» (1986 г.);
* «Математические методы в языкознании» (2 части, в соавторстве, 1973-1974 гг.);
* «Краткий казахско-русский словарь» (в соавторстве, 1989 г., 1991 г.);
* «Частотный словарь романа М. О. Ауэзова «Путь Абая» (в соавторстве, 1979 г.);
* «Обратный словарь казахского языка» (1971 г.).

Книги
* «Математическая лингвистика» (в соавторстве с Р. Пиотровским, А. Пиотровской, учебник, г. Москва, высшая школа, 1977 г.): в книге представлены вопросы языкознания, связанные с применением в нем математического анализа, теории вероятностей и математической статистики. Основное внимание уделено теоретическому обоснованию и приемам практического применения математических методов в изучении языка. Исходные понятия квантитативной лингвистики: глоттохронология, информационная схема текста и их моделирование с помощью аппарата бесконечно малых величин и пределов.

Динамика лингвистических процессов и ее описание с помощью приемов дифференциального исчисления. Суммирование и интегрирование в лингвистических процессах. Комбинаторика лингвистических единиц. Вероятность и информация лингвистических событий. Вероятностное моделирование порождения текста и составляющих его единиц. Первичная статистическая обработка текста. Статистическая модель текста и вероятностные характеристики нормы языка. Исследование вероятностных свойств языка и статистики текста с помощью метода гипотез.

* «Большой казахско-русский и русско-казахский словарь» (1995 г., 2007 г.).
К. Б. Бектаев, из предисловия автора к изданию 2007 года: «В словарь включена общеупотребительная лексика разных функциональных стилей современного казахского литературного языка: научного, публицистического, художественно-литературного, официально-делового. В него входит также лексика живой речи носителей языка. Словарь является нормативным, так как в нем отражаются современные нормы казахского языка. Отличие предлагаемого словаря от академического заключается прежде всего в том, что заголовочное слово не всегда ставится в начальной форме (например, для именных частей речи – им. падеж ед. числа, для глагола – инфинитив).

В приложении дается список словоизменительных аффиксов (их более 750), знание которых помогает определению основ слов, а также синтезированию слов. Использование этого списка прошло широкую апробацию среди изучающих казахский язык. Вторая часть представляет собой русско-казахский словарь-словоуказатель. На базе этого словаря (объем более 25 тыс. слов) можно найти перевод с русского языка на казахский, а также представлены возможные сочетания найденного казахского слова с их переводами на русский язык. Например, обучаемый не знает, как перевести на казахский язык слово «дверь».

В русско-казахской части словаря он находит его переводной эквивалент – «есік». Далее в казахско-русской части словаря предложены переводы словосочетаний с данным словом: «есік ашылды – дверь открылась», «есікті жабу – закрыть дверь» и т. д. Словарь построен так, что его вполне можно использовать как разговорник, а также на его основе может быть создан автоматический словарь для осуществления машинного перевода с казахского языка на русский.

При составлении словаря использованы современные компьютерные технологии, поэтому без особых затруднений на основе цифровых процессов лингвистический банк данных может пополняться новыми словами или словосочетаниями. Наконец, казахская часть словаря может служить базой для составления других двуязычных словарей».

1xbet