Люди возле машины

Ерболату чуть больше сорока. У него жена и двое ребятишек. Официально Ерболат никогда не работал, но деньги в семье водятся – небольшой домик, хозяйство, огород. На хлеб не просят, с протянутой рукой не стоят. Соседи говорят, что Ерболат берется за любую работу – на их улице мужчину всегда зовут помочь. Всем, кому требуется разнорабочий, знают – с Ерболатом нужно договариваться с вечера – с утра можно не успеть, работа его сама найдет…

Если нет никаких договоров, Ерболат отправляется на биржу. Говорит, нужно быть там очень рано – после семи утра предлагают не очень хорошую работу. И денег за нее дают поменьше. Хороший работодатель – ранняя пташка. Особенно летом – все должно быть сделано до полуденной жары.

Люди стоят на улицеБиржа труда в Шымкенте никогда не пустует. На улице Жансугурова, которую знает каждый, кто хоть раз нанимал разнорабочего, нет перерывов на обед и выходных. Здесь никто не обращает внимания на погоду. Рабочие руки нужны всегда, уверены обитатели биржи. Свои руки предлагают работодателям сотни городских подёнщиков.

В апреле Ерболат неплохо заработал. Правда, сколько участков перекопал, даже не берется сказать – сбился со счета. Сотка стоит тысячу тенге, в день, бывало, успевал перелопатить пару участков по 3-4 сотки. Это в городе. Рассказывает, что несколько дней работал на дачах – там участки побольше и оплата, соответственно, выше. Рассказывает, жена сделала хороший продуктовый закуп, в мае можно почти не тратиться на продукты. Сын хотел велосипед, улыбается при упоминании о ребенке Ерболат, так что будет ему велик как раз к каникулам…

Те, кто стоит на этой улице в ожидании работы, берутся за все, что предлагает работодатель – возвести забор, вскопать участок, вычистить канализацию, убрать мусор. В отличие от Ерболата, далеко не все из них готовы показывать свое лицо и с гордостью говорить о своей нужной работе. Мужчины, стоящие на бирже, в большинстве своем считают свой образ жизни унизительным и чаще всего не признаются в источнике своих доходов даже друзьям.

А Ерболат входит в «биржевую элиту» – мужчина один из самых высокооплачиваемых разнорабочих на Жансугурова. Наниматели тоже пользуются сарафанным радио, так что часто приезжают целенаправленно за Ерболатом. К нему в напарники желает попасть каждый, но он предпочитает выбирать, присматриваться.

Биржа труда на Жансугурова появилась в девяностые годы прошлого века, когда работы в городе не было по определению. Почему именно в этом районе стали собираться безработные, сейчас никто и не вспомнит. Может быть потому, что первая партия людей, оставшихся без средств к существованию, была как раз с масложиркомбината, ТЭЦ-1 и текстильной фабрики, расположенных неподалеку. Биржа переживала несколько периодов – к концу девяностых там можно было нанять только почти бичей, а пьянки на бирже перевели эту улицу в разряд криминальных. И близость «Зеленой балки» – одного из криминогенных районов того времени, сделала свое дело. Потом все наладилось – на бирже остались только те, кто хотел работать и зарабатывать.

В двухтысячных годах нового тысячелетия неподалеку от стихийной биржи открылось государственное бюро по трудоустройству – небольшой филиал городского собеса. Но популярностью официальная биржа не пользуется до сих пор. Причем, как у безработных без образования, так и у «образованных» подёнщиков.

Кайрат Алтаев стоит на точке сбора больше двух месяцев. В 2014 парень закончил вуз, получил диплом юриста, успел жениться и обзавестись тремя детьми. А вот работу по специальности так и не нашел. Найти ее молодому специалисту без стажа не просто.
Чтобы прокормить жену и детей, Кайрат вынужден подрабатывать разнорабочим. В основном его нанимают грузчиком. Об официальной бирже труда парень знает, вот только ходить туда считает занятием бесполезным. Отмечаться в качестве безработного необходимо каждую неделю. Пособия минимальные, больше на проезд уйдет, грустно подмечает Кайрат.

Общественная работа, которую предлагают в собесе, оплачивается настолько мизерно, что невозможно прокормить себя, а что говорить о семье?

Его временный напарник Кайрат Абай делится секретами заработка на бирже. Тоже уверен, в официальной конторе по трудоустройству делать нечего. Здесь он в день зарабатывает минимум 2000 тенге. Без выходных выходит 60 тысяч, иногда больше, если не лениться и приходить сюда каждый день.

Бывают и дни простоя, но они компенсируются «жирными» нанимателями. Здесь уже мало кто обманывает. Работодателей, которые могут не заплатить, здесь знают в лицо. Подёнщики вносят таких в собственный «черный список». На удочку «кидал» попадаются только новички, да и то, только те, кто не верит рассказам бывалых.

А вот аким Шымкента Габидулла Абдрахимов о стихийной бирже труда другого мнения. Градоначальник поручил ликвидировать биржу на Жансугурова, а всех безработных поставить на учет и вести цивилизованное трудоустройство. Габидулла Абдрахимов предложил установить по городу большие указатели или билборды. На них крупными буквами должна размещаться информация о том, куда следует обращаться безработным.

«Поставьте там указатели, дайте информацию людям, чтобы шли на официальное трудоустройство, там пусть стоят. Нужно работать, зачем из простой улицы делать биржу труда. Я поручаю своим заместителям решить это в короткие сроки!» – заявил градоначальник своим подчиненным во время очередного объезда по Шымкенту.
С одной стороны городской глава прав – подёнщики не платят налогов, не откладывают средства на пенсию, не зарабатывают стаж. О временах, которые придут в старости, они даже не думают.

Прислушаются ли городские безработные к городскому руководителю – большой вопрос. Силовое закрытие биржи труда можно провести в короткие сроки, но она возникнет на другой улице. Да и работодатели всегда будут нуждаться в подённых работниках, а, значит, спрос на одноразовые рабочие руки будет всегда.
Оформлять на «одноразовые руки» патент или ИП? Подёнщики считают это пустой тратой времени и своих денег.

Елена БОЯРШИНОВА,
по материалам сайта Otyrar.kz

Подёнщик – отличительное название временного рабочего, занятого подённым трудом, подённой работой (подёнщина). К таковым относились наемные работники с низким социальным статусом, не владевшие определенной профессией, чаще без всякого образования, выполнявшие неквалифицированную тяжелую работу и получавшие плату за труд по количеству отработанных дней, а не часов, при этом оплачивался проработанный день, а не выполненная работа. Со временем термин стал применяться в переносном смысле для обозначения тех, кто занят повседневным, обыденным, тяжелым трудом.