Данат Жумин
Фото из открытых источников

Некоторые называют Даната Жумина «человеком Габидуллы Абдрахимова» и личным PR-консультантом бывшего главы Шымкента.

Недавно он покинул должность заместителя акима третьего мегаполиса страны.  Корреспондент Tengrinews.kz встретилась с Жуминым и расспросила его о работе, обвинениях в Facebook и нашумевшем видео из Лондона.

— Вас называют автором имиджа Габидуллы Абдрахимова. Так ли это?

— Нет. Мне, конечно, немного льстило, что меня называли его PR-менеджером. Что чуть ли не каждый его шаг и выступление якобы придумал Данат Жумин. Такого не было. Когда я стал заместителем акима, то занимался исключительно теми сферами, которые были поручены: сельское хозяйство, предпринимательство, инвестиции. Лучший PR – это правильно сделанная работа. Когда говорят, что выделялись деньги на PR Абдрахимова, якобы специально заказывали статьи. Нет. Деньги на его личный PR никто не выделял. СМИ сами о нем писали. Никаким блогерам не платили. Он стал медийной персоной.

— Стал сам или все-таки вы ему помогли?

— В целом он сам. Он взрослый человек, как можно из него что-то сделать? Задачи продвигать его имидж не было. И даже будучи его внештатным советником, я этим не занимался, а тем более будучи заместителем акима.

— Габидулла Абдрахимов сам ведет свои соцсети?

— Да, у него даже не было пресс-секретаря. — Может быть, это плохо? — Может быть. Он в этом плане простой человек. Наверное, поэтому горожане к нему тепло относятся. Он мог с людьми разговаривать.

— Можно ли вас называть человеком Габидуллы Абдрахимова, членом его команды?

— Я сын своего отца, муж своей супруги, отец своих детей. Я не чей-то человек. Я просто Данат Жумин, который любит свою работу и отдается ей всем сердцем. Я так воспитан, так и живу.

— В Шымкент вы сначала приехали в 2015 году внештатным советником акима. Какая у вас была зарплата?

— Аким пригласил меня в качестве внештатного советника, чтобы я помог разобраться со стратегией города. Внештатный советник — это никакой зарплаты, никаких формальных взаимоотношений с акиматом. Это без денег. Мы с Габидуллой Рахматуллаевичем давно знакомы, поэтому я по-дружески приехал его поддержать. Мы провели опрос, выявили основные проблемы, написали пятилетний план социально-экономического развития Шымкента, в том числе как коммуникационно продвигать город. Внештатным советником я пробыл четыре месяца.

— А сейчас скучаете по Шымкенту? 

— Я сам родом из Костаная. Никогда не думал, что буду связан с Шымкентом. До определенного времени был недалек от стереотипов. Конечно, это интереснейший период в жизни. Что-то сделать там хорошее и быть причастным к изменениям. Действительно, город изменился за это время — и ментально, и визуально.

— Вы так говорите про Шымкент и изменениям там. Если вам все нравилось, было видение, как развивать город, то почему ушли?

— Есть ряд причин. Говорят, что работодатель выбирает работника, но в современном мире и работник выбирает работодателя. Я почувствовал, что видение, которое у меня есть, будет сложнее реализовать с новым акимом. Тут вопрос не в личностях. Не было такого — «уходи с работы». Даже вы сейчас сами говорите, что я «из команды Абдрахимова». И понятно, что на меня смотрели бы через эту призму. Доказывать обратное? Зачем? Я акиму сказал, что буду в начатых вопросах подсказывать. Так как действительно волнуюсь. Хотелось бы увидеть результат. Но на этом этапе я посчитал правильным покинуть пост.

— Выглядело, как будто специально ушли вслед за Абдрахимовым. 

— Это политическая государственная служба. Приход и уход согласовывается Администрацией Президента. Перед тем как все это (видео Абдрахимова из Лондона) произошло, я был в отпуске. Отдыхая, я задумался, начал внутренний разговор с собой. Времени на семью — минимум, на себя — минимум, ограничение свободы колоссальное, очень многого нельзя. Заработная плата — не предел мечтаний. Чем привлекает госслужба – это возможность что-то изменить, творить добро. Еще барьер для развития – бюрократия.

— Сколько получает заместитель акима?

— В среднем заместитель акима получает в пределах 400-500 тысяч тенге. Я получал порядка 370 тысяч.

— Но у вас есть свой бизнес?

— Да, мы с партнерами открыли компанию Apex Consult в 2010 году. Поставили своей целью помогать крупным компаниям и государственным органам выстраивать диалог с обществом. В то время в столице практически не было профессиональных PR-фирм, не считая пары наших коллег из Алматы. Поэтому большое количество заказов уходило российским, британским и другим консультантам. Мы решили доказать, что казахстанские специалисты могут оказывать услуги не хуже. Мы работали с правительствами Швейцарии и Финляндии, оказывали услуги крупнейшей японской корпорации, целому ряду крупных отечественных компаний.  Даже имели возможность немного поработать с Геннадием Головкиным.

— В Facebook вас обвиняют в том, что ваша компания зарабатывала на тендерах акимата Шымкента.

— Apex Consult принципиально не участвовала в госзакупках во время моей работы в акимате Шымкента. Моя доля в этой компании официально задекларирована. Законодательство не запрещает владеть бизнесом, но требует его передачи в доверительное управление. После вступления в должность заместителя акима я свою долю передал в доверительное управление. И затем компания не получала ни одного заказа ни от акимата Шымкента, ни вообще от какой-либо государственной структуры, расположенной там. Ранее моя компания побеждала в одном из конкурсов. Но это было при другом акиме. Это были открытые закупки.  Хочу сказать, что практически все госорганы страны ежегодно закупают услуги по размещению различных информационных материалов. На это в бюджетах закладываются средства. Как и другие госорганы, Шымкент также закупал услуги по размещению информационных материалов. В каких-то конкурсах побеждала и Apex. Никакого секрета в этом нет. Вся информация находится в открытом доступе. И мы этого не стесняемся. Потому что все услуги выполнялись качественно и в надлежащие сроки.

— Какие теперь у вас планы? Вы видите себя дальше на госслужбе?

— Я нахожусь на стадии принятия решения. Неожиданно много поступило предложений о трудоустройстве. Меня приглашали в ряд IT-компаний, хоть я не айтишник, приглашали в организации в правовой сфере. Есть предложения и по госслужбе, и по частному сектору. Крупные компании пригласили. Вплоть до того, чтобы войти в состав директоров. Пока я не принял решение.

— В Telegram появилась информация о вашем назначении в Канцелярию премьер-министра.

— Это сообщение появилось в обеденное время. Обычно я как раз в этот момент 15 – 20 минут трачу на восстановительный сон. И тут звонки, WhatsApp. Жена звонит, говорит, «а что ты мне не сказал». Хотя разговоров не было на эту тему. Мне не звонили и не предлагали эту должность. Но это было бы очень лестно. — А если предложат? — То я серьезно задумаюсь. Я сейчас думаю о своей дальнейшей карьере. Есть у меня знакомые по Гарвардской школе. Они в основном предприниматели, предлагают проекты, тоже интересно. Но жить за рубежом, там тоже свои плюсы и минусы. У меня тут мама одна. Тут и друзья.

— И снова про Габидуллу Абдрахимова. Его видео из Лондона — это ошибка?

— Если бы это не было ошибкой, ситуация бы не завершилась так. Это была ошибка. Но суть не в этом. Он поехал, чтобы подписать важный документ по приглашению ЕБРР. Мы долго вели переговоры. У ЕБРР есть программа «Зеленые города». В рамках программы ЕБРР за свой счет нанимает консультантов, чтобы те помогли сделать город зеленым. Для нас было важно, чтобы Шымкент стал одним из зеленых городов. Документ подписан. А видео… Ну вот что сказал, то сказал. Все остальное ушло на задний план. Да, какие-то вещи могут спровоцировать. Просто он не специалист в этих вопросах.