29 августа 2026 года исполняется ровно 35 лет с того дня, когда Указом Президента Казахской ССР прекратил свое существование печально известный Семипалатинский ядерный полигон. Это стало долгожданным и радостным событием не только для людей, живущих близ этой экспериментальной территории, но и для всех, кто годами отстаивал экологическую чистоту своей страны и хотел жить без угрозы ядерного катаклизма.
Опытное поле
Если немного заглянуть в глубь истории, то становится понятен сам факт открытия этого вредоносного полигона. Сразу же после окончания Великой Отечественной СССР, куда входил и Казахстан, включился в другую, тайную войну ядерного противостояния. Сначала атомный сюрприз преподнесли Соединенные Штаты Америки. Над выбором места применения долго не думали: полигонами назначили японские города Хиросиму и Нагасаки. С тех пор для Советского Союза разработка собственной атомной бомбы была не только делом чести, а первейшей необходимостью для выживания.
21 августа 1947 года по решению Совета министров СССР был создан Семипалатинский ядерный полигон, на котором состоялись первые испытания советской атомной бомбы. Полигон, кстати, затронул не только Семипалатинскую, но и Павлодарскую, Карагандинскую области Казахстана. Для ядерных испытаний было отведено 18 500 квадратных километров отнюдь не пустынной земли. Тысячи казахских семей были переселены в другие районы, что, казалось, должно было защитить их от возможных рисков. Но разве кто-нибудь тогда представлял масштабы этих ядерных последствий? Даже сам академик Игорь Курчатов, главный научный руководитель атомного проекта, в ходе работы над бомбой дважды подвергался сильнейшему облучению. Чего уж говорить о простых смертных…
К первому ядерному испытанию подготовили соответствующую инфраструктуру. В эпицентре опытного поля установлена 30-метровая металлическая башня вроде напорной, в верхней части которой был расположен ядерный заряд. Вокруг башни возведены железобетонные укрепления, бронированные башни и доты. Еще дальше разместили военную технику: артиллерийские орудия, танки, самолеты, бронемашины. Все было максимально приближено к военной реальности. Надо же было воочию убедиться, с какой убойной эффективностью поведет себя атомная бомба отечественного «розлива».
И, конечно, надо было проверить, как работает бомба применительно к живым существам. Для этих целей в специально сооруженных убежищах собрали подопытных животных — «всякой твари по паре»: овец, свиней, собак и крыс. После испытательного взрыва надо было тщательно исследовать их самочувствие. О том, какой вред критическая доза радиации может нанести живым организмам, никому было неведомо.
Чтобы испробовать сокрушительную мощность первой бомбы в полном объеме, необходимо было построить целый городок с жилыми трехэтажными домами для специалистов, промышленными предприятиями, участками подземного метро. Были возведены железнодорожные и автомобильные мосты, через которые шла доставка горючего. По полю расставили чучела в военной форме в полный человеческий рост, там же разбросали ящики с продовольствием. Надо же было проверить пищу на пригодность после бомбовой встряски. В общем, к первому испытанию все было готово.
Испытания судьбы
Первый взрыв грянул через два года после обустройства полигона — 29 августа 1949-го. Сам всесильный Лаврентий Берия доложил в Кремль о сокрушительном успехе ядерного эксперимента. По словам очевидцев, зрелище было апокалиптическое. Если кто и рисовал себе в воображении картины преисподней, то это и был самый что ни на есть кромешный ад… Территорию разнесло вдребезги. По небу носились кровавые сполохи… Но никто тогда и предположить не мог, каким нещадным испытаниям подвергнутся коренные обитатели тех мест, обреченные отныне жить в стойком радиационном ареале.
Но ядерный проект на том не завершился. В 1953 году прошло успешное испытание термоядерного устройства, а в 1955-м была апробирована сверхмощная водородная бомба, придуманная академиком Сахаровым. При ее испытании над полигоном и далеко за его пределами выпали обильные радиоактивные осадки. Ядерный взрыв, внешне напоминающий гигантский гриб, дал название этим осадкам — «грибные дожди».
Статистика такова: за 40 лет испытаний — с 1949-го по 1989 год — на полигоне было проведено 473 ядерных взрыва, из них 90 воздушных, 26 наземных и 354 подземных. Вдобавок здесь было произведено 175 взрывов с применением химических веществ. Суммарная мощность всех взрывов, произведенных на Семипалатинском полигоне, составила более 50 мегатонн. При этом радиоактивные осадки рассеивались на территории 304 тыс. кв. км, где проживали более 1,7 млн. человек. Этот страшный полигон стал зоной настоящего народного бедствия.
Здесь некому конкретно предъявить обвинительный вердикт: никто не хотел травить людей сознательно, целенаправленно, по злой воле. Тогда многое делалось на ощупь, экспериментально-опытным путем. Но факт остается фактом: густонаселенные земли вокруг Семипалатинского полигона тотально загрязнялись продуктами ядерного распада. Заражались реки, водоемы, пастбища для выпаса скота. В молоке и мясе животных, сельхозкультурах, овощах, фруктах накапливалось такое количество радионуклеидов, что их съедобными можно было назвать с большой натяжкой. С одной стороны, люди поглощали эту адову смесь через воздух, с другой — вбирали ее вместе с водой и едой.
Результаты накопления радиации в воздухе и почве не замедлили сказаться на здоровье людей. Среди населения, живущего недалеко от полигона, стали расти случаи онкологических, сердечно-сосудистых заболеваний, лейкоза, расстройства центральной нервной системы и, как следствие, заметно повысилась смертность. Причем диагнозы поначалу врачи никак не связывали с переизбытком радиации. Истинная причина болезней долгое время оставалась неизвестной.
Только через десять лет после начала ядерных испытаний ученые-медики из Алма-Аты провели первые выборочные обследования местных жителей, чтобы выявить «специфический комплекс патологических симптомов, связанных с воздействием на организм ионизирующих излучений, в результате которых нарушается нормальное течение биохимических процессов и обмена веществ в организме». Ученые подтвердили наличие новых специфических симптомов у жителей опасного региона. Попутно, кстати, была выявлена новая болезнь, впоследствии названная «синдромом Кайнара» — по названию села, расположенного неподалеку от ядерного полигона. Синдром выражался патологическим ослаблением иммунной системы, ускоренными процессами преждевременного старения, участившимися нервными срывами, доходящими порой до суицида. Встречались редкие виды онкологии: рак языка, глаз, щитовидной железы, ушной раковины, разных участков кожи. Детская смертность выросла в 5-10 раз, сократилась средняя продолжительность жизни, в поселках возле полигона стали рождаться дети-мутанты…
Созревание протеста
Но всякому терпению когда-нибудь приходит конец. В феврале 1989 года о себе заявило общественное антиядерное движение «Невада-Семипалатинск», которое провозгласило свою решительную протестную позицию.
Лидер движения, писатель и общественный деятель Олжас Сулейменов, сформулировал эту позицию так: «Наша цель — навеки прекратить испытания ядерного оружия в Казахстане, закрыть Семипалатинский полигон и бороться за закрытие всех ядерных полигонов в мире».
Более развернутый «протокол о намерениях» был опубликован в воззвании к народу, где излагались основные требования к правительству. Кроме закрытия полигона, общественность настаивала на необходимости свертывания предприятий, производящих ядерные материалы для военных целей и требовала перенаправить их на ликвидацию ущерба, нанесенного природе и человеку. Там же звучал призыв срочно начать работу над экологической картой Казахстана, определить «мертвые территории» и выключить их из сельскохозяйственного оборота, чтобы затем начать работы по их восстановлению.
Эти почти революционные волнения в стране вызвали быструю ответную реакцию. В этом же году на полигоне было остановлено 11 взрывов из 18 запланированных. А в последующих 1990-1991 годах не произвели ни одного! В результате первым же государственным актом суверенного Казахстана стал Указ Президента РК от 29 августа 1991 года «О закрытии Семипалатинского полигона». Отныне и вовеки веков.
К счастью, наши южноказахстанские края эта беда миновала. Но и у нас есть люди, которые по обстоятельствам судьбы оказались на той злосчастной территории. В этом ряду оказался и Калжан Даулбаев, который в 80-х годах нес там службу в составе отряда противовоздушной обороны в качестве радиста, а сейчас является руководителем общественного объединения «Семей-Сынак» в Шымкенте.
Калжан Калдибаевич вспоминает: «В те времена мы были молодыми неопытными ребятами и вряд ли понимали рискованность пребывания на этой земле. А если бы и понимали, то не смогли бы даже слова сказать. Этот объект был строго засекречен, и все разговоры на эту тему тут же пресекли бы на корню. Да, в нашей организации не так уж много пострадавших от полигона, но эти люди в свое время потеряли здоровье, которое продолжает ухудшаться с каждым годом. У нас было зарегистрировано около 1 500 человек, из них 900 инвалидов, они нуждаются в помощи. И государство помогает, чем может. Например, один раз в год мы можем проходить лечение в госпиталях Астаны и Алматы. Один раз в год нам выплачивается единовременное денежное пособие. Недавно каждый из нас в честь Дня закрытия ядерного полигона получил из бюджета около 200 тысяч тенге».
Эти люди крепко держатся друг за друга. И стараются рассказывать другим о трагедии полигона, чтобы историческая память не исчезла безвозвратно. Каждый год они отмечают дату закрытия полигона. Вот и в этом году 26 августа у «семипалатинцев» состоялась праздничная встреча в парке Победы, где прошла презентация новой книги «СЕМЕЙ — СЫНАК сарбаздары». Чтобы помнили.
Елена Летягина
