Вам встречались люди, заблудившиеся во времени? Ну те, которые думают, что государство должно, да нет, просто обязано сделать для них то-то и то-то. Ну как в советское время. А ничего, что со времени развала Союза прошло больше четверти века, а?
Самый частый повод к возмущению – звонят в редакцию труженики тыла с просьбой наказать, вразумить транспортников, которые не возят их бесплатно. Объясняем, что сегодня все транспортные компании в городе – частные, по сути – капиталисты, работают без дотаций государства. Льготы на проезд установлены ими на очень узкий круг людей, в котором, к сожалению, нет тружеников тыла. Услышав такой ответ, тыловики обижаются…
На днях в наш медиахолдинг почти к завершению рабочего дня пришла посетительница. Настойчиво просила выслушать ее. Отказать было неудобно – женщина приехала из Толебийского района, добиралась по жуткому гололеду. И пяти минут разговора с этой скромно одетой женщиной хватило на то, чтобы понять – человек точно заблудился во времени.
Любови Николаевне Меньшиковой в январе грядущего года исполнится 68 лет. То есть она как минимум десять лет является пенсионеркой. Точнее – должна быть ею. А на самом деле? Вы не поверите, Люба Меньшикова, жительница села Зертас (бывшее Галкино), ни разу не получала пенсию, даже не знает, что это такое. С собой женщина привезла целую папку документов – на дом, на своих покойных троих детей и мужа.
Все эти дорогие ей бумажки, как говорится, со времен царя Гороха. Вот только в этой, драгоценной для нее папке, нет главного документа – удостоверения личности самой Любови Меньшиковой. По всей видимости, этого документа у нее и не было. Но она хорошо помнит, что когда-то был у нее паспорт, но он пропал. По описаниям, по времени воспоминаний о нем, очевидно, что это был еще советский паспорт…
Елки-палки… Спрашиваю, да как же, а главное – на что вы жили все это время?!
«Кому огород вскопаю, кому сарайчик отштукатурю, баньку побелю, где приберусь. Люди за это что-нибудь дают, когда денежку, когда одежду, тем и живу», – невозмутимо так ответила Люба.
Почему не обращалась за оформлением документов в официальные органы – в сельский ли, районный акиматы, в ЦОН? Говорит, что обращалась, а как же, уж сколько лет подряд. Да только толку никакого. Как глухая стена вокруг. Одна чиновница предлагала ей прописаться у соседа, чтоб получать пенсию, и сосед не против, да только не понимает женщина, почему ей нельзя прописаться у себя в доме?
«Замучилась я, – призналась Любовь Николаевна. – Мне в очереди в ЦОНе люди посоветовали, езжай, мол, в Шымкент, найди телекомпанию «Отырар TV», тебе там помогут. Вот я и собралась к вам».
На этой стадии к решению проблем Меньшиковой подключилась журналист телекомпании Шынар Оразова. Взяв ее буквально за руку, она побывала с ней в областном ГЦВП, здесь узнали о деле Меньшиковой, взяли на заметку. На следующий день журналист выехала в Толебийский район и рассказала о ситуации с Меньшиковой акиму района Бухарбаю Парманову. Аким пообещал содействие. И в ЮКО филиале Казахстанского международного бюро по правам человека и соблюдению законности пообещали поддержку. Директор филиала Адиль Сейтказиев сказал, что надо будет просмотреть все имеющиеся на руках Меньшиковой документы и, опираясь на законодательство, выправить ей документы гражданки Казахстана.
Я передала координаты бюро Любови Николаевне. Надеемся, что, объединившись, мы сможем ей помочь. И все-таки вновь и вновь задаешься вопросом: как такое могла допустить сама Меньшикова?! 26 лет живем в независимом государстве, законодательство полностью поменялось…
По ходу выяснилось, что документы на дом, в котором жила и живет Любовь Николаевна, до сих пор оформлены на ее покойного мужа. А муж-то был гражданским! Ну как же так! Ладно, любовь любовью, но надо же было узаконить свои отношения. Получается, куда ни кинь, всюду у Любы клин…
Судя по этому, да плюс другим субъективным деталям, о которых рассказала Меньшикова, понятно, что эта многолетняя волокита с оформлением документов происходит неспроста, а для того, чтобы «отжать» у бедной, несчастной Любы этот пока «ничейный» вроде бы дом.
Люба воспитывалась в алтайском детдоме, закончила десятилетку, в Казахстан приехала в 1970 году. По мышлению, по восприятию действительности она так и осталась наивной доверчивой девочкой в том безоблачном времени…
Еще одна история, которую опять же подарила журналистская практика. Наталье Макаровне К. 84 года. В этом году скоропостижно, на даче, скончался ее сын, бывший ее опорой. Его похоронили знакомые. Дочь живет и работает в России. Пенсионерка по сути одинокая, больная, не ходячая. При этом категорически не хочет ни в дом престарелых, ни к дочке в Россию. Настойчивая просьба Натальи Макаровны – помочь ей с соцработником. Не может никак добиться, чтобы за ней закрепили такого работника. Без конца звонит и звонит в редакцию. Мы в итоге передали ей координаты службы, в которой ей могут помочь.
Бывают случаи, когда пожилому человеку без посторонней помощи не обойтись. Декабрь, начавшийся со снегопада и гололеда, преподнес еще одну тему. При такой гололедице пожилому человеку выйти на улицу – равносильно катастрофе. На наших скользких, нечищеных тротуарах можно запросто навернуться, да так, что потом не обойдется без травмпункта, это в лучшем случае.
Почему бы в близлежащих магазинах продавцам не завести журналы с номерами телефонов одиноких пенсионеров. Ведь можно же просто позвонить им, поинтересоваться их житьем-бытьем, занести им, скажем, хлеба, молока. Словом, надо почаще «включать» в себе человека. Беспомощность – физическая ли, социальная – это состояние, которое возможно изменить. В том числе и с помощью окружающих.
Фарида Шарафутдинова
