Димаш Ниязов 15 лет назад перебрался в США, чтобы воссоединиться с эмигрировавшими пятью годами раньше родителями. Сегодня он первым среди этнических казахов, переселившихся в эту страну, гордо носит звание офицера полиции США, пишет camonitor.kz.

Парень из Шымкента, признанный осенью 2015 года лучшим полицейским штата Нью-Йорк, надеется через пару лет получить звание сержанта, а потом и лейтенанта.

По-русски Димаш говорит, не сразу правильно подбирая слова – например, вместо «тревожная» (ситуация) может сказать «трогательная». То же самое и с родным казахским: появился акцент, да и словарный запас уже не тот.

Мне было 14 лет, когда я приехал в США, — рассказывает казахский американец, которому недавно, 16 февраля, исполнилось 29. – До этого жил в Шымкенте с апашкой и аташкой. Собираясь к родителям, очень сильно волновался. Конечно, Америка – страна больших возможностей, и если будешь пахать, можно добиться многого. Но я чувствовал себя так, будто попал сюда из каменного века.

Языка не знал вообще, друзей не было. Сначала меня отправили в специальный класс для детей эмигрантов. Там, кроме меня, из русскоязычных были двое ребят из Узбекистана. Общая проблема объединила – мы держались вместе. В конце каждого учебного года проходили тест на знание языка, чтобы попасть в нормальный американский класс. Я сумел сдать его только спустя пару лет. В продвинутом классе все бегло разговаривали на английском, я не мог понять своих новых однокашников. Многие эмигранты из-за таких психологических проблем не могут закончить школу.

Если бы не Фейзан, мой друг из Индии, мне пришлось бы трудно. Нас сблизил футбол – мы играли в одной школьной команде, а потом попали в один класс. Вот так, поддерживая друг друга, идем до сих пор по жизни. Сегодня Фейзан — успешный бизнесмен, я – полицейский.

— Не было желания вернуться под крыло дедушки и бабушки в Шымкент?

— Конечно, я сильно скучал и по ним, и по друзьям, с которыми учился с первого класса. Но увидеться с ними в первые годы было нереально – я ждал грин-карту. Было невыносимо больно, когда дедушку хоронили без меня. Потом ушла бабушка. Знаете, сердце разрывалось на части. Разговаривал с ней по телефону и чувствовал, как мучительно она умирает от рака… А я ничем не могу помочь.

После школы выбор, кем стать, был достаточно большой. Послушался маму, поступил в медицинский колледж. Она сама работает медсестрой, а здесь это почти как доктор. К концу четвертого года, без пяти минут медбрат, я вдруг все чаще и чаше стал вспоминать детство в Шымкенте. Жили мы в центре города, на площади Ленина. Рядом была библиотека, где по пятницам и субботам бесплатно показывали фильмы. Мне запомнился сериал про американских полицейских. И вдруг та киношная история почему-то ожила в моей памяти, и появилось острое желание стать полицейским. Я ничего не мог с этим поделать, ноги сами понесли в полицейскую академию.

Прошел все необходимые процедуры по физической подготовке, сдал экзамены и отправился доучиваться в свой колледж. Ожидание ответа из полицейской академии – процесс долгий. Многие ждут два-три, иногда четыре года. Когда началась практика в больницах, профессия медбрата мне уже совсем разонравилась. Чувствовал, что это не мое.

Тем не менее, когда мне сообщили, что я поступил в академию, решение принял не сразу. Работа полицейского – одна из самых опасных в Америке. Например, только в январе этого года в США погибли шесть копов. Мама, зная, что меня ждет на такой службе, так переживала, что я взял полгода на раздумья.

Сделать выбор между двумя самыми уважаемыми в американском обществе профессиями – врача и полицейского – помог отец.

Видя, как я мучаюсь, он сказал: «Сынок, главные решения в своей жизни ты должен принимать сам. Ни на кого не оглядывайся, если чувствуешь, что это твоя судьба».

Я послушался его и, пройдя в академии полгода спецподготовки, стал первым казахом-полицейским в крупнейшем штате Америки.

А мама до сих пор смотрит на меня как на маленького беспомощного мальчика, который нуждается в ее защите. Боится даже, когда я выхожу на боксерский ринг, потому что там тоже есть риск получить травму. Но сам я очень счастлив. Так люблю свою работу, что и братишку заразил ею – недавно он тоже поступил в полицейскую академию. Зато у отца теперь улыбка до ушей. Рад, что его сыновья сами пробиваются в Америке.

— Штат Нью-Йорк, где вы живете и работаете, называют одним из самых криминальных в США. Это правда?

— Да, здесь много драк и ограблений с применением оружия. Ситуации, с которыми мы иногда сталкиваемся, не увидишь даже в кино. Заходишь в квартиру, а там лежит тело без головы. Это шокирует, но это жизнь. Или, бывает, двое подрались, один тяжело ранил другого. Если ты приехал первым, то твоя задача – не дать человеку уйти из жизни. И вот, весь в крови, лихорадочно ищешь пульс умирающего, а кругом все орут, бегают, кто-то снимает на камеру… Такие моменты, когда все решает пара секунд, забыть трудно. Едешь после смены домой, а в голове как будто кино крутится.

Я свою работу уважаю еще и за то, что она заставляет по-другому относиться к жизни. Вызовы бывают иногда очень простыми, на первый взгляд. Приезжаешь, из-за двери доносятся крики о помощи. Думаешь, что это обычное домашнее насилие, но звонишь в дверь — и внезапно начинается стрельба.

— А что должен уметь американский полицейский?

— Все! Уметь держать себя в руках и продолжать вежливо разговаривать с людьми, даже если те угрожают оружием и ругаются крепкими словами. А еще делать мелкий ремонт и менять колеса на машине, лазать по крышам и деревьям, спасать кошек и собак (для меня это самые любимые вызовы), тушить пожары, принимать роды, вытаскивать пули, останавливать кровь… Мы все уходим на работу, не зная, вернемся ли домой на следующее утро. И не считаем себя героями.

— Мы слышали разные версии того, почему вас признали лучшим полицейским штата. Хотелось бы узнать, как было на самом деле.

— Это связано с одним русским наркобароном, который торговал героином и марихуаной в различных районах штата. Он давно был в розыске, но полиции никак не удавалось его поймать. Однажды поступил сигнал, что в одном из небоскребов собрались наркоманы. Мы с напарником находились ближе всех. Чтобы не выдать себя, отключили рацию и пошли с проверкой по этажам. На 13-м наткнулись на наркоторговца. При нем были большие пакеты с героином и кокаином. Но сначала мы не поняли, что это он: барон каждый раз умело маскировался – то сбривал, то отпускал бороду и усы, менял очки и одежду….

До этого была еще одна ситуация, которая тоже удостоилась внимания прессы. Мы с напарником задержали двоих парней, которые ограбили ночью супружескую пару. Наткнулись на них в лобби одного здания: я заметил под курткой пистолет. Задержать сразу не успели – парни кинулись бежать. Мы – за ними, на ходу вызвали помощь. Скоро в небе появились вертолеты, завыли сирены….

Человек сорок ловили грабителей. Наконец, я прыгнул на того, кто был вооружен, он упал, пистолет откатился… Пока я подбирал оружие, преступника и след простыл. Подельник (его успели задержать) не хотел сдавать беглеца. Но нам даже не пришлось проверять контакты и сообщения на его телефоне. Скоро ему кто-то позвонил, и мне хватило одной секунды, чтобы запомнить имя звонившего.

После смены, уже дома, я провел через социальные сети свое расследование, и примерно через пять часов наши детективы вышли на парня с пистолетом. На следующий день мы его задержали. Я и не ожидал, что пресса так раздует эту историю. На моем месте любой американский полицейский поступил бы точно так же.

— Почему от желающих пойти в эту опасную профессию нет отбоя? Чем она привлекает американцев?

— Большинство идет по стопам родителей, другие хотят уважения от публики, третьим (таким, как я) требуется адреналин. Полицейские здесь честные, взяток не берут, работой своей дорожат. Эта профессия является одной из самых высокооплачиваемых в США, хотя в начале службы зарплата бывает довольно низкой. В штате Нью-Йорк, например, она начинается от 12 долларов за час.

Чтобы получать зарплату чуть выше средней по стране, надо отслужить не менее пяти с половиной лет. Кроме зарплаты, есть еще хороший социальный пакет. Это в первую очередь бесплатное медицинское обслуживание, включая услуги дантиста. Таким правом могут пользоваться и члены семьи полицейского — жена и дети.

— А вы уже женаты?

— Помолвлен. Родители Дженнифер, моей девушки, приехали в Штаты в 1990-годах из Словакии. Мы познакомились в медицинском колледже. Она, как и моя мама, работает медсестрой, хотя имеет еще и диплом адвоката. Два последних года мы с ней живем вместе – снимаем квартиру. И теперь лелеем самую большую american dream – купить свой дом.

— Нас, казахстанцев, сильно удивляет то, что в Америке гражданам разрешают свободно носить оружие. Тем более, что объектами отстрела все чаще становятся школьники.

— В каждом штате свои правила. В Нью-Йорке не разрешают, во Флориде закон позволяет иметь дома оружие для самообороны, а в Техасе, например, можно расхаживать с оружием прямо по улицам. Но что интересно, там почти не бывает стрельбы в общественных местах. То же самое и с марихуаной. В Калифорнии можно курить, если есть медицинские показания, а в Нью-Йорке – нет.

— 14 февраля в штате Флорида были расстреляны 17 школьников, ранены 10. Как вы прокомментируете случившееся?

— Для США это проблема номер один. В тех штатах, где разрешено держать оружие для самообороны дома, случаи стрельбы в школах стали происходить три-четыре раза в год. В той же Флориде пару лет назад уже было такое. Тогда школьник зашел с автоматом и гранатой в кинотеатр.

Сегодня американская общественность крайне взбудоражена. Каждый мысленно примерил на себя ту страшную ситуацию, когда родители не дождались детей из школы. Жители некоторых штатов выступают за то, чтобы учителя носили с собой оружие. А еще идут разговоры о том, чтобы в школах дежурили полицейские – это, конечно, потребует больших затрат. Третьи вообще требуют ввести запрет на хранение и ношение оружия.

Но в таком случае надо менять Конституцию, где это право гарантировано второй поправкой от 15 декабря 1791 года. Тогда это диктовалось необходимостью обороны от грабителей. Но сила оружия в те далекие времена была другой: один-два выстрела в минуту. А 14 февраля в течение семи минут были расстреляны 17 школьников и 10 ранены из автомата скорострельностью 42 выстрела в минуту.

Конституция конституцией, но правительство и президент Трамп уже в этом году должны что-то предпринять, чтобы обезопасить детей…

— В Казахстане летом 2016 года один человек в течение сорока минут расстрелял нескольких вооруженных полицейских. В Америке такое возможно?

— У нас на этот случай при себе есть несколько видов оружия и бронежилетов, некоторые полицейские постоянно носят каски. И обычно в таких ситуациях мобилизуются также другие службы, вооруженные намного лучше, чем обычные полицейские. В Казахстане большую роль сыграл эффект неожиданности: никто не ожидал что такое может случиться. Да и не готовы были полицейские встретить человека с автоматом – у них были только табельные пистолеты. Казахстанским правоохранителям, думаю, нужно почаще проходить тренинги именно по таким ситуациям.

— Вы, кажется, часто бываете в Казахстане.

— Был и в этом году, и в прошлом. Я ведь еще и профессиональный боксер. Начинал заниматься еще в Шымкенте, моим тренером был сегодняшний старший тренер национальной сборной РК Нургали Сафиуллин. А здесь, в США, продолжил тренировки с отцом. Благодаря спорту у меня есть возможность ездить в Казахстан, чтобы участвовать в боях или давать мастер-классы. Когда выступаю в Америке, то поднимаю два флага: страны, где родился, и страны, которая открыла мне много разных дверей.

— Некоторые наши СМИ написали, что вы хотите вернуться в Казахстан.

— Журналисты немного нафантазировали. Конечно же, Казахстан, где живут многие мои родственники, всегда в моем сердце. И я всегда буду помнить свои корни – куда бы меня ни забросила жизнь. Но пока возвращаться на историческую родину не собираюсь. Зачем? Здесь больше возможностей продвигать имидж Казахстана. Людей, которые могут делать это – показывать всему миру, что на самом деле представляет из себя твоя родина, – не так уж много. Спасибо Димашу Кудайбергенову и Геннадию Головкину. Они заставили весь мир по-другому смотреть на Казахстан. Я как спортсмен и полицейский, думаю, тоже должен заниматься этим. Наша страна очень быстро поднимается, хотя еще совсем недавно про нее знали только по фильму «Борат». То, что показал англичанин Саша Коэн всему миру, – ложь, там даже язык звучит не казахский.

— Недавно вы снялись в фильме «Бизнес по-казахски», где сыграли самого себя – нью-йоркского полицейского.

— Хороший фильм. Спасибо Нурлану Коянбаеву за то, что пригласил меня в свою картину. Осенью прошлого года я был в Шымкенте и первым делом побежал в кинотеатр, чтобы посмотреть фильм со своим участием. Получилось очень семейное кино с добрым юмором. Всем рекомендую посмотреть.

Автор: Сара Садык