Феофан Лазаревич Сопилиди — тоже наш бывший земляк. Долгие годы он возделывал в Чимкенте медицинскую ниву и принадлежал к той славной плеяде медработников, которые благодаря своему профессионализму стояли вровень с лучшими врачами огромной страны.
Мы уже публиковали очерк о жизни А. Песина. Так вот, Ф. Сопилиди — его современник, друг и сослуживец. Они вместе работали в Чимкентской областной больнице под началом главных врачей Вагита Мехмановича Алиева и Юрия Васильевича Пахомова. И почти одновременно покинули наш город в период перестроечного лихолетья. И оба считают, что годы, прожитые в Чимкенте, были самыми яркими, плодотворными и счастливыми.
Из воспоминаний Феофана Сопилиди
«Каким я помню Чимкент моей молодости? По сравнению с огромным шумным Ташкентом, где я жил в студенческие годы, он был, конечно, маленьким, компактным и уютным. Но основные магистрали были довольно широкими. Вот длинный проспект Коммунистический, плавно переходящий в проспект Ленина, в центре которого, как водится, размещалось здание областных властей с непременным памятником вождям мирового пролетариата — Марксу и Энгельсу. А через дорогу располагалось внушительное здание главного института Чимкента — КазХТИ. Вот площадь Ленина с памятником Ильичу с воздетой рукой и трибуной, с которой руководители города приветствовали колонны демонстрантов по большим советским праздникам.
Вот детский парк с вековыми деревьями и Дворцом пионеров — бывшим Никольским собором. А это моя улица Долорес, на удивление тихая и спокойная, несмотря на то, что находилась в центре города. Самой же любимой у горожан была улица Советская. Казалось, время почти не коснулось ее, сохранив старинные капитальные постройки, в которых прописались школа имени Ленина №8, областная филармония, горком партии и, конечно же, моя областная больница.
А на перекрестке улиц Советской и проспекта Коммунистического на своем «боевом» посту всегда стоял знаменитый регулировщик, известный в народе как дядя Сережа. Так звали старшину Саидакбара Сатыбалдиева. Это был настоящий артист и виртуоз регулировки транспортного движения. Всегда при параде, он буквально завораживал «дирижерскими» взмахами своего жезла. На него приходили просто посмотреть…
Улицы и улочки моей молодости и зрелости… Столько с ними связано событий, столько воспоминаний, нередко забавных! Наверное, только в этом городе официально существовала целая серия «кривых» улиц: Первая Кривая, Вторая Кривая, Третья… Пятая… И никто их не путал.
А еще в Старом городе, где ютились узбекские частные домики, от улицы Свободы ветвились тупички, названия которых так и просились в анекдот с двусмысленным политическим подтекстом. На фанерных дощечках для удобства почтальонов было начертано: «Тупик Свободы №1», «Тупик Свободы №2» и так далее. А по городу курсировал рейсовый автобус №5 по маршруту «Чимкент — Коммунизм» (имелось в виду отделение совхоза). Уже и «развитый социализм» приказал долго жить, а «Коммунизм» все не сдавал своих прочных позиций…
Заводы-гиганты, такие как свинцовый, химико-фармацевтический, фосфорный, прессов-автоматов, были, с одной стороны, благом для жителей — рабочие места, хорошие зарплаты. А с другой — люди сетовали на плохую экологию. Но весь этот негатив нивелировался обилием зеленых насаждений, цветочных клумб, парков и садов.
А какой неповторимый вкус был у питьевой воды, рожденной в родниках Кочкараты! В этой связи вспоминается знаменитая на весь город будка на углу улиц Советской и Туркестанской, где колоритный и предупредительный дядя Гриша продавал газированную воду. Подобных будок было немало, но именно здесь газировка славилась тем, что газ и сироп в ней соответствовали норме. У этой будки всегда выстраивалась очередь, особенно летом. Постоянных клиентов дядя Гриша встречал лучезарной улыбкой, нередко справляясь о делах и здоровье. А для самых уважаемых ловко, как фокусник, откуда-то доставал фирменный стакан из тонкого хрусталя и потчевал с особым радушием. К таким особенным клиентам относились, кстати, и красивые девушки…
О Чимкенте можно рассказывать бесконечно — о его гостеприимстве, доброте, открытости его жителей, сердца которых готовы принять и согреть теплом каждого гостя, независимо от его национальности и вероисповедания. И сегодня из своего далека я с особым чувством благодарности говорю: «Кудай каласа! Пусть Бог всегда дарит вам радость, мир, согласие — мы молимся за вас, дорогие мои земляки!» — рассказал Ф. Сопилиди.
В начале пути
«После окончания Ташкентского медицинского института с дипломом врача я распределился в распоряжение Чимкентского краевого отдела здравоохранения, — продолжил Феофан Лазаревич. — В крайздраве я попал на прием к заведующей Саре Файзрахмановне Сартбаевой. Она меня внимательно выслушала, задала интересующие ее вопросы и определила… в Джамбул. Я объяснил, что по семейным обстоятельствам приехал домой в Чимкент и хотел бы именно здесь получить работу.
Мой вопрос с трудоустройством решился не сразу, но все-таки я получил направление в областную больницу Чимкента, которую тогда возглавлял главный врач Вагит Мехманович Алиев. Он сначала предложил мне ЛОР-отделение, но я отказался, сказав, что хотел бы работать хирургом. Он удовлетворил мою просьбу и направил меня в хирургическое отделение, которым руководил Нагайбек Джумагулович Примкулов. Проработав некоторое время в хирургии, я перешел в отделение урологии, где поступил под начало Андрея Ильича Иоакимиди.
Первыми врачами отделения урологии были Э.А. Смолкин и А.Л. Песин, потом туда влился и я. Количество урологических больных в области росло, и жизнь требовала расширения отделения. Появились новые врачи-урологи: Х. Атаходжаев, М. Нартаев, Л. Жданова. Андрей Ильич являлся еще и главным урологом области. Он создал урологическое общество, которое тесно контактировало с аналогичной службой Ташкента. Мы часто выезжали в Ташкент, чтобы послушать лекции ведущих специалистов и увидеть, как работают наши узбекские коллеги.
Надо сказать, что наша медицина никогда не замыкалась в своих узких региональных рамках. Так, например, на базе нашей областной больницы была проведена Всесоюзная конференция урологов, которую нам поручили организовать. Был создан оргкомитет, в состав которого вошел и я.
Конференция включала и обширную культурную программу. Мы должны были показать гостям такие исторические места, как Сайрам, Туркестан, Ташкент, Самарканд, Бухару. Участие в этом мероприятии дало мне возможность познакомиться со всеми светилами урологии Советского Союза, в том числе с профессором кафедры урологии Московского медицинского института Е.Б. Мазо. Он и пригласил меня лично на повышение квалификации к нему на кафедру. Благодаря приобретенному опыту в Москве, открыв для себя много нового, я решился попросить тему для кандидатской диссертации. Просьба моя была удовлетворена.
Окончательный срок защиты кандидатской диссертации был назначен на 20 января 1984 года. Через некоторое время после моего выступления председатель счетной комиссии профессор Рахимжанов огласил результаты тайного голосования 48 членов ученого совета. И все 48 проголосовали за присуждение ученой степени кандидата медицинских наук Феофану Сопилиди».
Путь на историческую родину
«Где-то с 1989 года в стране шли непонятные нам процессы. У руля партийного руководства стоял Михаил Горбачев. Шла перестройка, повлекшая за собой обрушение привычного уклада жизни, — продолжил свой рассказ Феофан Сопилиди. — Многие решились на эмиграцию, а мой народ, наши греки, массово стали уезжать в Грецию. В числе принявших такое решение была и наша семья. Оформив все необходимые документы, продав за бесценок все нажитое годами имущество, в 1992 году мы покинули Чимкент навсегда.
Судьба эмигрантов, особенно в первые годы переезда, ни у кого не была легкой и гладкой. Но уже через десять лет мой младший сын Лазарь открыл свой физиотерапевтический центр в Афинах. Я получил место уролога в государственной поликлинике, совмещая эту службу в своей урологической клинике «Ромеос».
Моя жена Виктория тоже стала работать в нашем центре гинекологом. Сын Георгий, пройдя все инстанции обучения и легализации, после экзаменов получил место ортопеда в государственной клинике. А сын Одиссей пошел по моим стопам. Сегодня он ведущий уролог крупнейшей в Европе клиники «Игиа» («Здоровье»). Он стал одним из передовых специалистов, освоивших новейшую методику оперативной хирургии — применение робототехники.
Мои сыновья — разные по характеру, у каждого своя индивидуальность. Но есть то, что их объединяет и чем все они гордятся, — это принадлежность к клану Сопилиди и преданность своей семье.
Да, в Греции у нас все получилось, мы избежали моральных надломов, безработицы, особых трудностей вхождения в чужую среду… Но годы юности, свежести чувств, восприятия природы остались лишь в памяти, а значит, там, на казахстанской земле…
А разве забудешь южноказахстанскую степь весной, когда она просыпается от зимнего покоя, дает жизнь растительному миру и окрашивает ее в разные цвета! Сначала доминирует сиреневый колорит, а спустя месяц, в апреле, степь становится желто-алой, утопая в тюльпановом море. А вслед за тюльпанами расцветают нежные маки. Тот, кто выезжал поздней весной в степь, особенно в сторону Арыси и Туркестана, конечно, помнит нашествие там черепах, находящихся в «свадебной» поре. Степь всегда живет своей непрерывной загадочной жизнью…
И, конечно же, в памяти никогда не изгладятся лица добрых, благородных, замечательных людей, с кем посчастливилось встретиться в жизни. Кого уж нет — тому вечная память! Кто жив — здоровья, счастья, благоденствия! Спасибо им всем за бесценный подарок совместной жизни на этой земле!»
Над архивом работала Елена Летягина
