Журналисты накануне своего профессионального праздника. И, как всегда, в эти жаркие дни мы задаемся вопросами: «А есть ли у нас журналистская солидарность? Да и нужна ли она нам вообще?»
Кто-то может удивиться, но, по официальным данным, в Шымкенте более 130 СМИ. Иными словами, информационные услуги в нашем городе оказывают 110 газет, 20 журналов, четыре телеканала и две радиостанции. Обратите внимание на цифру: 90 процентов СМИ – частные. Представляете, какая на местном информационном поле идет конкуренция?!
Правда, некоторые из 110 газет это не более чем папа – редактор, мама – бухгалтер, сын – верстальщик, другой – журналист. И ничего, живут, некоторые даже процветают.
Есть убеждение, что в борьбе за зрителя-читателя все средства хороши. Взять, к примеру, ту же подписную кампанию. Пресловутые разнарядки власть рассылает по всем городам и весям… Такой-то школе выписать столько экземпляров газеты «Бодрости Юга», такой-то больнице – столько газеты «Мимо жизни». С чистой совестью могу сказать, что РАБАТа в этой разнарядке нет, не удосужились мы, знаете ли, чести быть включенными в список «первых красавиц королевства»… О какой-такой солидарности здесь можно рассуждать? Каждый выживает в одиночку, как может…
Кто-то убежден, что сложно уповать на журналистскую солидарность, когда одни работают на государственные СМИ, другие на частные, и это чуть ли не разные отрасли. По-моему, подобное деление искусственное. Сегодня ты работаешь в госиздании, завтра зигзаги судьбы приведут тебя в частную газету. Ремесло-то все равно при тебе. Знаю немало журналистов, кто еще вчера «рубил правду-матку» в независимой газете, разоблачал тендерное закулисье, а сегодня чинно-пристойно с тем же пафосом пишет в госиздании… Да, политика газет разная, с этим ничего не поделаешь. Но даже если одна газета обслуживает власть, другая все равно обращается к ней за разъяснениями, комментариями.
К слову, сегодня государственную информационную политику в Шымкенте реализуют 30 СМИ. Как считают в горакимате, они-то и создают между собой здоровую конкуренцию. В этом году на проведение государственной информационной политики из городского бюджета выделено 54 млн. тенге. Госзаказ исполняют телеканалы «Казахстан-Шымкент», «Отырар», «Ай?а?» и 17 печатных изданий, которые освещают и мероприятия городского акимата. Да, подача материала разная, не спорю. Но в этом и соль! Одно дело, когда ты просто выкладываешь в газете тезисы госчиновника, и совсем другое – когда идет аналитика по теме, сопоставление, подача мнения оппонентов. В этом смысле «независимым» журналистам относительно проще.
Порой журналистику называют организованным злословием. Тоже верно. И по вектору критики нетрудно понять, «откуда ветер дует». Вот здесь журналисты могут объединиться и сообща дать «волшебного пенделя» какому-нибудь «герою дня».
Конечно же, солидарность есть, но на личностном уровне. Вот нравится мне, симпатичен как человек коллега из другой газеты, я поделюсь с ним информацией, источником, контактами. А если не по душе он мне и что-то просит, найду любой предлог для «игнора». Да, собственно, это в любой профессии так.
В какой-то степени мы ощутили солидарность коллег совсем недавно, когда многие из них отозвались на приглашение рассказать в своих СМИ об акции «Бессмертный полк», координатором проведения которой в Шымкенте выступила наша газета «РАБАТ». Благодарим, действительно поддержали.
По большому счету, профессиональная солидарность, конечно же, нужна. Во-первых, работаем на одном информационном поле, практически для одного и того же читателя. Во-вторых, и перед журналистами иногда возникают барьеры, «тормоза» в лице чиновников-раздолбаев или ведомственных пресс-секретарей-дурошлепов. Против таких надо выступать общим фронтом, поскольку они препятствуют нашей профессиональной деятельности, ограничивают доступ к информации. А это очень серьезная угроза, вы даже не представляете насколько. Однажды я пришла на заседание горакимата, посвященное транспортной проблеме, заметьте, не обороне или госбезопасности. Так местный аппаратчик полчаса у меня грозным шепотом выяснял, кто сообщил мне о собрании. А к вечеру, как выяснилось позднее, устроил обструкцию, фактически – допрос нескольким сотрудникам горакимата, которые, возможно, могли бы мне сказать о дате и повестке собрания. Это что такое?! В следующий раз нас вообще за порог горакимата не хотели пускать, опять же по приказу этого маленького госслужащего, правда, с очень с большими амбициями. Вот с такими быть солидарными даже не хочется – у нас разные понятия об этике, о нравственных критериях. Обществу необходима информация и никакой чиновник не вправе утаивать ее от людей.
Фарида ШАРАФУТДИНОВА
