В проекте, который я условно назвала «Наши бывшие земляки», уже говорилось о многих наших славных соотечественниках, покинувших эту землю по разным причинам. Среди них были журналисты, педагоги, музыканты, художники, врачи… А вот кого точно не было, так это спортсменов.
Но это не значит, что большой спорт в Шымкенте не заслуживал доброго слова. Здесь воспитывались очень сильные боксеры и борцы, а в гимнастике одна Нелли Ким многих стоит…
Чтобы вдохновиться спортивной темой, надо хоть как-то быть к этому причастной. Я же от спорта была далека, не считая детского увлечения художественной гимнастикой. Мне очень нравилось грациозно скакать под музыку, но что касалось работы со спортивными снарядами — лентами, булавами, мячами, обручами — то я не могла поймать ни одного подброшенного предмета. По причине фатальной близорукости.
Да простят мне такое длинное лирическое отступление, но здесь я сделала попытку объяснить мое непредумышленное умолчание спортивной тематики. И почему я это делаю сейчас. В отличие от меня эта тема очень близка редактору в журнале «Статус» Дине Трухиной, которая в молодости была замечательной спортсменкой на легкоатлетической ниве и когда-то взяла интервью у классного спортсмена Олега Сакиркина — бронзового призера чемпионата мира по легкой атлетике (Рим, 1987 год), заслуженного мастера спорта СССР и Казахстана, победителя многих международных стартов. Выдержки из этой беседы я сейчас и приведу, твердо зная, что Дина будет не против.
На пути к большому спорту
Из интервью 2009 года, вскоре после отъезда в США: «Никакой ностальгии у меня пока нет, и я не знаю, начнется ли она? Наши друзья, переехавшие из России, обещают, что ностальгия начнется попозже, когда проживу здесь месяцев восемь, ну год. А пока мне все нравится. Да и Шымкент не оказался чем-то недоступным. У меня там мама, дочь, друзья. Я собираюсь навещать их. А пока, конечно, вживаюсь в новый для себя мир, привыкаю, все изучаю, — рассказывал Олег Сакиркин. — В первую очередь меня поразило то, что обычно поражает многих советских людей в провинциальных американских городах. Это спокойные, уверенные, жизнерадостные люди. Вежливые, улыбчивые, чуть заденут — извиняются. Везде чистота, аккуратность и порядок на улицах.
Конечно, я до сих пор обожаю свой город, знакомые улочки Шымкента, его вековую историю. Но ведь у меня в последний год работы практически не было. Я пребывал, что уж теперь скрывать, не в лучшем состоянии духа. Да и отношение к легкой атлетике у нас было, что греха таить, весьма избирательное. Да, бокс, борьба — у них успехи, им большое уважение, необходимое финансирование. Есть и другие примеры — футболисты. Наша футбольная команда особых высот не снискала, но ей помогают, зарплата неплохая, «варягов» покупают… Тренеры ходят, выколачивают копейки на сборы и соревнования. Да и к тем, кто когда-то прославил нашу страну, особого уважения нет. А легкая атлетика непопулярна, мне очень обидно.
Как я пришел в легкую атлетику? Первые шаги в спорте начал с гимнастики, меня мама туда отвела лет в семь. Думаю, что оттуда и прыгучесть, координация, скорость. Мама строго контролировала мои тренировки, подход был серьезный. Но у меня была проблема с растяжкой, тренер понял, что я бесперспективный и перестал обращать на меня внимание. И я решил поменять вид спорта. Долго думал: куда пойти? Футбол, бокс — нет, это не для меня. А вот легкая атлетика как раз то, что надо! Первый мой тренер тренировал «средневиков», то есть бегунов на средние дистанции. Я полгода походил, но тренер понял, что я «не тяну», и перевел меня к Вадиму Петровичу Антипову. Так я стал «прыгуном».
Очень уважаю всех своих тренеров и бесконечно им благодарен за то, что они для меня сделали. Вадим Петрович занимался со мной все детство, пока я не окончил школу. Но потом я перешел к Михаилу Васильевичу Ганноте: из детско-юношеской школы в школу высшего спортивного мастерства. А «созревать» для результатов стал позже всех моих друзей — Димки Белова, Андрея Писаренко. А я был «довесок», гадкий утенок. Потом Михаил Васильевич говорил, что не делал на меня больших ставок. Но у меня были хороший напор и огромное желание добиться чего-то большего. А через год ка-а-к пошли результаты! Ганнота сам этому удивился и стал заниматься со мной в полную силу. У него было свое видение тренировки, иногда на тонкой нити юмора, иногда со злостью и напором. Бывает, как заорет, и у нас сразу все получалось! Умел сохранить напряжение на всю тренировку.
И, что немаловажно, мужик был пробивной, если надо, пробьет поездку на сборы и соревнования. Мы за ним были как за каменной стеной: он и тренер, и менеджер, и агент, и доктор. Знал, какие витамины принимать, сам тейпы нам (это такие специальные лейкопластыри для прыгунов) наматывал, если не было возможности сходить в медкабинет. Мои родители к тому времени развелись, и я смело могу сказать, что он во многом заменил мне отца. Это был именно отцовский контроль: чтобы я вовремя лег спать, нормально питался, соблюдал режим дня, ну и так далее.
На пути к американской мечте
Как сложилась моя спортивная карьера? Так попрыгал я здесь до 2004 года, уже 38 лет мне было. Два года отработал в детско-юношеской школе олимпийского резерва. Но никакого удовлетворения от этой работы не получал: стимула нет, зарплата маленькая, скучно и беспросветно… Бросил работу, но от этого, понятно, лучше не стало. Нет работы, безделье, безденежье, а тут еще развод с женой… Я чувствовал себя ненужным, выброшенным из обоймы. В общем, кризис. Но мысли о том, чтобы уехать за границу у меня никогда не было. Так повернулась судьба. Уверен, что мне Бог помог — показал мне другую дорогу. Я человек верующий. Поэтому часто по ночам молился, чтобы он дал мне точку опоры, помог выбраться из этой жизненной ямы, а может, встретить новую любовь.
И представьте: мои желания исполнились! Вплоть до новой большой любви, хотя ее можно назвать хорошо забытой старой. Это самая романтическая история в моей жизни и самая правдивая!
Мы с Шари познакомились 20 лет назад, когда я еще занимался спортом. Она фигуристка, тогда жила в Канаде. Впервые встретились в гостинице «Спорт» в Москве, где оба были на соревнованиях. Сразу почувствовали симпатию друг к другу, а потом стали переписываться. Общаться нам было просто, она в школе учила русский язык. Но это было еще советское время, естественно, все письма вскрывались, а связи с иностранцами не одобрялись и считались «порочными». И как-то само собой переписка сошла на нет. Я женился, она вышла замуж… Как потом выяснилось, оба неудачно.
Потом она переехала в Америку и долго жила по виду на жительство. Так вот, после того первого знакомства мы 19 лет не встречались. Огромный срок, все лучшие юные годы! А потом она меня нашла. Через знакомую, которая имеет деловые контакты с Алматы, она нашла телефон Михаила Васильевича Ганноты, моего тренера. Когда мне сказали, что меня из Америки ищут, я сразу понял: это она! Больше некому! Шарон мне позвонила, мы полгода по интернету переписывались, потом она приехала в Алматы, затем еще раз, потом на Новый год… Тогда мы и решили, что отныне будем вместе!
Шарон привезла кучу документов, чтобы меня вытащить. Это на самом деле было большой проблемой. Вы не представляете, сколько ушло сил, денег и нервов! В Америку очень сложно попасть. Гостевую визу не давали, так как видели по документам, что я спортсмен, понимали, что я там и останусь. Мы стали делать визу «01» с разрешением работать именно по своей профессии, то есть в спорте. Это достаточно редкий вид въезда: его предоставляют ученым, спортсменам, актерам — тем, кто может принести там пользу в своем деле, тем, кто может быть интересен Америке в принципе. Пока мне дали визу на год, так что придется еще потерпеть, доказывая свою ценность в профессии.
И мне повезло. Я нашел работу уже через месяц после приезда, а ведь городок Амарилло в Техасе довольно маленький. Пока мне оформляли визу, Шарон уже разнесла мои документы по колледжам и другим учебным заведениям, чтобы мною заинтересовались. И меня пригласили в теннисный клуб на должность фитнес-тренера. Я занимаюсь с ребятами 10-14 лет, тренирую их на силу, скорость, прыгучесть. Родители моих воспитанников довольны, показатели детей растут -это главный критерий моей работы.
Эти тренировки индивидуальные, за них родители платят. Причем спортом занимаются почти все, у кого руки-ноги на месте. Здесь нет спортивных клубов, специальных спортивных школ, как у нас. Весь спортивный мир увязан с общеобразовательной школой, колледжем, университетом. И в каждой школе есть тренеры по легкой атлетике, теннису, бейсболу, баскетболу и другим видам спорта. Дети выступают за свою школу. Если они показывают хорошие результаты, то могут учиться в высшей школе совершенно бесплатно. Это очень солидная льгота и бесспорный стимул для спортивного совершенства, ведь обучение здесь весьма дорогое, минимум 15-20 тысяч долларов в год.
И все-таки я не считаю, что моя тренерская работа имеет дальнейшую перспективу. Пока я нужен этим детям — родители платят. Но через несколько месяцев я им прибавлю силенки, и они со мной распрощаются. Хотя, думаю, совсем без работы не останусь: люди постепенно узнают обо мне, родители приведут новых «клиентов». Здесь работа тренеров идет не по той схеме, что у нас: пошел по школам, набрал себе учеников и начинаешь с ними заниматься. Здесь можно работать в каком-нибудь учебном заведении, если у тебя хорошие спортсмены, значит, у тебя хороший стабильный заработок.
Чем я живу, помимо работы? У нас хороший дом, земля гектаров шесть. Я посадил огород: Техас все же аграрный штат, да и загородный дом к тому обязывает. Это та одноэтажная Америка, жить в которой старается почти каждый житель Нового света. В черте города практически никто не живет — там бизнес, администрация, крупные магазины. Здесь нет двухметровых заборов, все открыто, люди любят общаться. Моя обязанность — кормить семью. Я этим занимаюсь с семи утра. Мы встаем рано, ложимся спать тоже рано, жизнь жестко расписана. И по-другому здесь жить невозможно».
К сожалению, мечтам и планам Олега Сакиркина не суждено было сбыться. Уже через пять лет он вернулся в Шымкент. Купил дачу в Кайнарбулаке. И очень скоро ушел из жизни, немного не дожив до своего 50-летнего юбилея. Его не стало 18 марта 2015 года.
В Шымкенте регулярно проводятся республиканские соревнования по легкой атлетике памяти Олега Сакиркина. Не удержала его американская земля, да и родная удержала ненадолго. Вечная ему память…
Елена Летягина
